В юности Гарри увлекся театром. Бог не обделил его талантом, и он сыграл не одну небольшую роль в третьеразрядных театрах. Там он научился гримироваться, и эти знания очень пригодились ему в последующие годы. ФБР и полиция знали его как «бандита с тысячью лиц».

Двадцатого числа Гарри прибыл в аэропорт с маленьким черным чемоданчиком в руках. Он решил удивить Бромхеда, обещавшего встретить его.

Гарри изрядно потрудился над изменением внешности. Каучуковые прокладки в носу и над зубами сделали лицо плоским. Появились густые черные усы, ухоженные, любовно расчесанные. Черный парик скрыл светлые волосы, а большие, в роговой оправе очки довершили маскарад.

Бромхед стоял у выхода из галереи для прилетевших пассажиров, внимательно оглядывая каждого, кто проходил мимо. Он уж решил, что Гарри не прилетел, когда железные пальцы сжали его запястье, а под ухом раздался знакомый голос:

– Привет, Джек! Давно не виделись!

Двадцать минут спустя мужчины сидели в бунгало мотеля, находящегося в двух милях от аэропорта. Бромхед говорил, Миллер слушал.

Надо отметить, Гарри не сразу поверил своим ушам.

– Старухе семьдесят восемь лет? – Он уставился на Бромхеда. – И ты хочешь, чтобы я укокошил ее?

– Это обычная работа, Гарри, – ответил Бромхед. – Мне очень нужно, чтобы ты это сделал.

Гарри рассмеялся:

– Ну и пожалуйста. Я-то думал, ты позвал меня ради серьезного дела. Хорошо, Джек, все будет в лучшем виде… только скажи, нет ли каких-то особых условий.

Бромхед рассчитывал именно на такой ответ и улыбнулся:

– Я не хочу, чтобы ты остался внакладе, Гарри. Старушка увешана драгоценностями. Обычно на ней золота и бриллиантов тысяч на двести. А бывает, что и на триста. Можешь взять себе все что захочешь.

Миллер покачал головой:

– Нет, Джек, благодарю… Мне всего хватает. В моем возрасте, Джек, не пристало гоняться за деньгами. Я выполню твою просьбу из удовольствия, без всякой выгоды.

Теперь уже Бромхед уставился на него.

– Тебе всего хватает? – Он наклонился вперед. – Послушай, Гарри, ты без труда станешь богаче на сотню «кусков».

«В моем возрасте не пристало гоняться за деньгами», – повторил про себя Бромхед. Что происходит в этом чертовом мире? Разве можно удовлетвориться тем, что имеешь?

Вновь Миллер покачал головой:

– Мне они ни к чему. У меня есть все что нужно. И я вполне доволен жизнью. Так чего ты от меня хочешь?

Бромхед насторожился. Такого он и представить себе не мог. Убить человека за так. Только псих мог согласиться на это.

– Должен быть мотив, Гарри, – твердо заявил он. – Если не будет мотива, фараоны начнут копать, а вот это мне ни к чему… они могут добраться и до меня.

Будучи профессионалом, Гарри сразу понял, о чем речь.

– Ладно… мотив у нас есть… продолжай…

– Прикончив старушку, ты должен взять ее кольца, браслеты, ожерелья. Оставь их у себя… это твоя доля, Гарри.

Миллер нетерпеливо заерзал.

– Не надо мне этого. В эти игры я уже не играю. Что я буду делать с этими побрякушками? Я давно распрощался с теми, кто их покупает. И не желаю возобновлять знакомство. Денег мне хватает. Я делаю это для тебя, Джек. За мной должок, и я хочу его вернуть.

Но Бромхед никак не мог прийти в себя.

– Гарри… ради Бога! Ты же не можешь вот так запросто отказаться от ста «кусков»! Не можешь!

Миллеру начала надоедать навязчивость Бромхеда.

– Хватит об этом, а? – холодно отрезал он. – Скажи мне, что нужно сделать, и я это сделаю.

Бромхеда прошиб пот. Медленно пришло осознание того, что перед ним сидит человек, который плевать хотел на деньги. А, по разумению Бромхеда, такие люди встречались разве что на луне.

– Гарри… должен быть мотив. – Бромхеду с трудом удалось изгнать из голоса дрожь. – Драгоценности придется взять.

Миллер пожал плечами:

– Хорошо, возьму. Ты найдешь им применение, не так ли? Я ее пришью… не вопрос. Я же обещал тебе, что выполню любую твою просьбу. Ты же спас мне жизнь. Возьму драгоценности и отдам тебе… Мне они ни к чему.

Тут уж Бромхед окончательно убедился, что Миллер говорит на полном серьезе.

Он подумал о Джеральде. Ему-то казалось, что только молодые безразличны к деньгам… А на поверку выходит, что и Гарри того же мнения.

И он сдался:

– Хорошо, Гарри. Только не говори, что не предлагал тебе взять их. Пусть будет так, как ты хочешь.

– Хватит об этом. Что я должен сделать?

Бромхед наклонился вперед.

– Ты дожен проникнуть в квартиру в пентхаусе отеля. Это непросто. В вестибюле вечно крутится детектив. И никто не может воспользоваться лифтом без разрешения портье. Ты, правда, ловко меняешь внешность… Допустим, представишься настройщиком рояля…