В окно постучали, и я подскочила.

Да уж, этот парень какой-то мутант.

– Открой дверь.

Я дрожащей рукой открыла дверь, и Кэри Хейл проскользнул внутрь. Его волосы были влажными, что почему-то взволновало меня.

– Ну, и что тебе надо?

Я нервно закашлялась, и тут же прекратила, когда Кэри повернулся в мою сторону, задев меня своими длинными ногами. Я нахмурилась, поджав губы. Только позавчера мы сидели с ним вот так, в его машине, и ели пиццу, но почему сегодня мне кажется эта близость опасной?

– Да вот мне стало любопытно, что произошло на нашем «занятии».

Я рассмеялась:

– Тебе, наверное, все приснилось, Кэри, и этот сон был очень увлекательным, раз ты пришел даже сюда за мной.

– Тогда почему ушла ты? – он вскинул брови.

Запаниковав, я схватилась за ручку, собираясь выйти под дождь, но Кэри протянул вперед руку, заблокировав дверь. Вторая его рука, оказалась позади моей шеи, но это был вовсе не интимный момент.

Я почувствовала страх, и напряжение.

– Ты что, думаешь, что я дурак? – предостерегающе спросил он. Его темные глаза впились в меня, так, что у меня побежал холодок по спине. Я попыталась выпрямиться, но он удерживал меня. – За своей необоснованной агрессией, ты прячешь свои истинные чувства ко мне.

– Какие чувства? – Я не казалась себе смелой сейчас, но мой голос не дрожал. Усложняло положение еще и то, что я должна злиться на Кэри Хейла, за то, что он снова ведет себя как свинья-домогатель, но не могу – его лицо так близко от меня.

– Ты была у своего дяди, пыталась найти что-то против меня, верно? – Он отстранился, словно знал, что мне сложно соображать при такой маленькой дистанции между нами. – Я вовсе не сержусь. Просто почему бы тебе уже не сдаться, Энджел? Ты пыталась найти то, что обнадежило бы тебя, но ты не нашла этого. Теперь ты окончательно уверена в том, что меня не могло быть в тот день на дороге, так почему ты упрямишься?

– Откуда ты знаешь о том, что я смотрела те записи?

Я ненавижу себя, зато, что он и привлекает, и пугает одновременно.

– Потому что в тот день я тоже приходил к нему, для решения одного важного вопроса, связанного с тобой. И он сказал, что ты до сих пор не можешь оставить ту историю в покое. – Кэри бесстрастно посмотрел на меня.
– Я понимаю, ты хочешь найти виновного в той аварии, ведь тебе хочется обвинить кого-то в том, что случилось. Но это не я.

– Я знаю, – пришлось сказать, лишь бы Кэри Хейл замолчал. Он видел, что его слова причиняют мне боль, так почему он просто не замолчит, и почему не оставит меня в покое?

– Тогда прекрати вести себя так, словно я убил тебя.

Мои внутренности покрылись льдом.

– Советую тебе быть осторожнее со всем этим, Энджел.

– С чем – этим?

– С твоими фантазиями. Я готов помочь тебе, если только ты позволишь. – Он смягчился: - Я скажу доктору Грейсон, чтобы она назначила тебе дополнительную встречу.

Я напряглась, почувствовав себя уязвленной перед ним.

Щелкнул замок, и Кэри вышел из машины, хлопнув дверцей. Глядя сквозь запотевшее стекло ему вслед, я была абсолютно шокирована. Такое лицо, такая фигура, и такой… мозг.

– Чокнутый.

***

Понедельник. Этот день просто ужасен. Кэри Хейл, наша ссора, а теперь это.

Вернувшись домой, я была полностью вне себя, благодаря парню, который, к моему ужасу, теперь мне вроде как небезразличен. Бурча про себя ругательства в его адрес, я вошла на порог дома, и споткнулась о какую-то чертовщину, прямо возле двери. Мама вынырнула из кухни, вытирая руки о фартук:

– Дорогая, я же говорила тебе быть внимательнее.

– Это что? – я с вызовом посмотрела на два чемодана у двери, потом перевела взгляд на маму, смущая ее. Она закашлялась, но я не дала ей объясниться. – Вы должны уехать, верно? На сколько?

– Это сложное дело, дорогая, – мама вышла ко мне, заламывая пальцы. Она всегда так делает, когда нервничает – кому-то пора начать принимать таблетки. – Двойное убийство в соседнем штате, и мы с твоим папой должны оценить ситуацию.

– Вы же не врачи, чтобы оценивать ситуацию, что за черт возьми?! – разъярилась я, топая как носорог на кухню. Мне срочно нужно было занять чем-то руки. Я стала рыться в кружках, на кухне, и когда нашла подходящую, наполнила ее доверху водой, и выпила одним махом. Мама молчала, хотя в любой другой день, она бы уже сказала мне не ругаться.