«Это называется игрой контрастов. Старый как мир, но очень действенный психологический приём, программирующий детей на почитание как Хогвартса в целом, так и директора в частности».

– По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега.

Гарри и Гермиона оказались в одной лодке с Невиллом и тем незнакомым рыжим мальчиком, который зашёл в их купе после Малфоя. Он как раз что-то оживлённо рассказывал Лонгботтому.

– Привет, я Рон Уизли.

И сразу же вылил на них поток информации. И то, что он самый младший сын в семье и что у него множество братьев. Через десять минут Гарри знал о семействе Уизли абсолютно всё! И это знание не прибавило мальчику радости.

Похоже, у рыжего был талант доводить окружающих до белого каления. Юный маг почувствовал себя на месте Квиррелла. Появилось страшное желание использовать на Уизли что-нибудь непростительное.

«Как думаешь, мы сможем незаметно утопить этих двоих в озере и списать всё на несчастный случай?»

«Одного возможно, двух нет. И в кого ты такой кровожадный? Посмотри на ситуацию с другой стороны, такой источник информации из лагеря врага, готового работать чисто за идею, найти не просто», - попытался успокоить мальчика амулет.

«Пусть живут», - согласился Гарри, внося Рона к Невиллу, в свой чёрный список.

Флотилия двинулась, лодки заскользили по гладкому как стекло озеру. Все молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе они подплывали к утесу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над ними.

Дети поражённо замерли. Даже Гарри не сумел подавить в себе вздох восхищения.

«И всё же он прекрасен».

«Умели раньше строить», - был вынужден признать наставник.

– Пригнитесь! — зычно крикнул Хагрид, когда они подплыли к утесу

Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, они попали в темный туннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни.

Хагрид повел их наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. За ним, держа в руках палочки, последовали первокурсники.

Вскоре все оказались на влажной от росы лужайке у подножия замка.

Еще один лестничный пролет — и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью.

– Все здесь? — поинтересовался Хагрид.

Убедившись, что все в порядке, Хагрид поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка.

Дверь распахнулась. За ней стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зеленых одеждах.

– Профессор МакГонагалл. Это она пришла за мной, – сообщила Гарри Гермиона.

– А за мной прислали Хагрида, – ответил Гарри, пристально рассматривая профессора.

Профессор МакГонагалл не подвела ожиданий мальчика. Лучшего он и не мог представить. Весь её вид говорил о строгости и дисциплине. Железная леди магического мира. Жёсткая, сильная, волевая!

Именно такая фигура ему и была нужна для противостояния директору. Теперь дело было за малым, стравить её с Дамблдором.

Сложно? Безусловно! Но у него с наставником на это бездна времени. А самое главное - это фактор неожиданности. Кто будет подозревать одиннадцатилетнего мальчика в таком?

Она повернулась и пошла вперед, приказав первокурсникам следовать за ней. Заведя детей в маленький зал, произнеся небольшую приветственную речь, профессор коротко рассказала им о распределении и факультетах.

Приказав первокурсникам готовиться, МакГонагалл покинула помещение.

Между тем первокурсники оживились, разгорелся спор, как будет проходить отбор.

– А как будет проходить этот отбор? — спросил он Рона.

– Наверное, нам придется пройти через какие-то испытания, — ответил тот. — Фред сказал, что это очень больно, но я думаю, что он, как всегда, шутил…

Началось живое обсуждение. Скоро народ договорился до того, что им придётся сражаться с драконом.

«Они что, даже не открывали «Историю Хогвартса?» - недоумению Гарри не было предела. – «Там же чёрным по белому написано про шляпу».

«Нам же лучше».

Внезапно воздух прорезали истошные крики, и Гарри инстинктивно присел, уходя с линии возможной атаки и сжимая в кулаке палочку.

– Что? – начал он и осёкся.

Прямо через стены в зал валилось штук двадцать оживлённо споривших призраков.