– Я должен был это сделать. Ради Герми.

– Думаю твоей подружке не слишком бы понравилось, что её парень стал завтраком для безумного демона.

– Постой, ты хочешь сказать, что никакого демона в зеркале не было?

– Почему не было? Он действительно там находился, правда, не совсем так, как это понимают нынешние маги. Высших демонов, таких, какой находился в зеркале, вообще крайне сложно запечатать в некий предмет. Это тебе не мелкий бес, каких тысячи. Высшие - это, так сказать, аристократия Бездны.

– Не понимаю. То ты говоришь, что демон был, то что его не было.
– Гарри понял, что окончательно запутался. Зато, он понял, у кого амулет научился таким путаным объяснениям. И к тому же похоже Спрут, как и наставник не мог одновременно злиться и вести просветительную работу.

– Зеркало не было тюрьмой. Его способность забирать магической дар не был основным предназначением зеркала. Оно было якорем-порталом. Через него данный тип смог зацепиться и взаимодействовать с нашим миром. Тебе повезло, что владелец портала не успел вмешаться. А поглощение являлось просто приятным бонусом. Хотя тебе повезло, что при уничтожении не произошёл локальный прорыв Инферно, иначе на месте Хогвартса, а заодно и на территории старушки Англии произошёл бы локальный Армагедон. Хотя тебе и так не слабо досталось.

– Но ведь теперь всё в порядке?
– уточнил мальчик.

– С чего ты решил? Оглянись вокруг, Пламя Бездны всегда оставляет свой след. Хотя я и не знаю, чем это для тебя обернётся. Но думаю, ты в конечном итоге получишь некоторое увеличение твоих способностей. Ведь всё, что не убивает делает нас сильнее? Да и Тьма не осталась в стороне, наградив тебя чем-то за отличную работу. Но будь осторожен. Быть в фаворе у столь капризных сущностей крайне опасное дело.

– Тьма?
– Гарри вздрогнул.

– Чему ты так удивляешься? Твоя покровительница не слишком жалует демонов. Никто не любит конкурентов.

– И к чему мне готовиться?

– Кто знает? Госпожа горазда на выдумки. А теперь тебе пора просыпаться.

В себя Гарри пришел рывком. Он снова моргнул. Из тумана выплыло улыбающееся лицо Альбуса Дамблдора.

Увидев прямо перед собой великого Светлого Волшебника, юный маг рефлекторно отшатнулся. Улыбающийся Дамблдор пугал мальчика сильнее, чем все демоны Бездны.

“Мама! Меня сейчас будут медленно убивать!”

Но Дамби, похоже, этого не замечал, молча продолжая гипнотизировать мальчика. Наконец, ему это надоело.

— Добрый день, Гарри, — произнес Дамблдор. Мальчик уставился на него.

Какой добрый день? По идее, Светлый маг должен был сейчас гореть чувством праведной мести и мечтать только о том, как будет поджаривать его на медленном огне. Хотя…

Почему собственно он так решил? Ведь за камнем полезли именно гриффиндорцы, а установить его причастность к произошедшему невозможно. Он просто спасал подругу, что собственно и является правдой. Вот и будем играть эту роль до конца. Особенно, если ему действительно было интересно.

— Сэр! — произнес Гарри слабым голосом, тщетно пытаясь подняться.
– Что с Гермионой и остальными? Им надо помочь!

— С твоей подругой всё в порядке. Она, как и остальные пострадавшие, находится в Больничном Крыле. Несмотря на довольно сильное магическое истощение, она идёт на поправку, и её скоро выпишут.

Гарри мысленно выругался. Сильное магическое истощение? Да ему с Дафной каким-то чудом удалось склеить разорванную ауру Гермионы. И всё из-за глупых экспериментов великого Светлого комбинатора.

– А что с камнем?
– продолжая изображать из себя дурачка, спросил когтевранец.

– Он уничтожен.

– Уничтожен?
– недоверчиво переспросил Гарри. — Но ваш друг, Николас Фламель…

— О, так ты знаешь о Николасе? — судя по голосу Дамблдор был очень доволен этим обстоятельством. — Ты все разузнал, не так ли? Что же, мы с Николасом немного поболтали и решили, что так будет лучше.

— Но это означает, что он и его жена умрут, не так ли? — продолжал недоумевать Гарри.

– У них имеются достаточные запасы эликсира для того, чтобы привести свои дела в порядок. А затем — да, затем они умрут, - сказал Дамблдор, улыбаясь, видя непонимание на лице Гарри.

А юный маг ещё раз удивился изворотливости старика.

Всего несколькими фразами директор вполне мог посеять в душе мальчика семена вины перед неизвестным ему человеком, в чьей гибели он должен будет подсознательно винить себя.

Умно. Вот только назвать Лорда Поттера обычным мальчиком было невозможно. Гарри и так не мог разобраться в себе и уж точно он не собирался брать на себя ещё и мнимое чувство вины.