– Я не понял причин ее благодарности, и, наверное, никогда не смог бы понять.
– Кэри потер глаза, и я почувствовала, как мои собственные глаза начинает жечь.
– Ведь я забрал у нее возможность попрощаться с родственниками. Потом я вдруг подумал: были у нее вообще родственники? Что я вообще знал об этих людях, кроме того, что они должны умереть именно в этот определенный момент, в эту секунду от рук Смерти. Эти мысли отравляли мой мозг капля за каплей, они как яд, расползались по моим венам, и я впервые подумал о том, о чем не думал никогда - что это вообще значит - жить?

Я шумно вздохнула.

– Я хотел бы кричать в тот момент, но не мог. Не потому что меня сковали чувства, а потому что я не мог этого. Я не человек, Энджел.

– А кто ты?

– Тот, кто не должен был появляться в твоей жизни. Я тот, кто забирает души людей, и отправляет их в Иной мир, в Рай, или в Ад. Я должен был делать это изо дня в день на протяжении многих лет, с тех самых пор как я умер.

– О чем ты говоришь, Кэри...
– прошептала я. Его слова были ужасны. Я чувствовала себя сейчас ужасно - меня сковывала боль, изнутри. Я хотела уйти, и остаться, продолжить слушать его, и заставить замолчать. Мне было жаль его. Я никогда не видела его таким.

– Я помню тот день очень отчетливо, - пробормотал он.
– Был ливень. Я шел по тротуару, зная, где лежит ее тело. Я точно знал, где она находится, я чувствовал, как из ее тела ускользают остатки жизни. Я пришел за ней. И она чувствовала это. Я не смог сделать то, что должен был. Я не смог забрать ее душу.

– Ты говоришь о Серене?
– прошептала я. Ему не нужно было отвечать. Я знала ответ. Кэри Хейл продолжал стоять посреди комнаты выливая на меня все те ужасы, что копились в его душе:

– Она была первой, кого я услышал. И тогда я захотел вернуться.

– Куда вернуться?

– Я снова захотел стать человеком, - произнес Кэри Хейл. Я ответила ему тем же недоверчивым взглядом, каким смотрела на него на протяжении всего разговора. Он выглядел, как человек, которому нужно было выговориться, и я буду слушать его. Он не раз слушал меня.

Знает ли он сейчас о моих мыслях? Возможно да, но ему все равно. Он просто хочет сказать это мне.

– Смерть.
– Кэри Хейл вздохнул: - Я зову его Безликим. Иногда я думаю, что он молод, иногда что стар. Сам он говорит, что каждый видит его по-своему, поэтому у него нет лица. Для меня он может быть кем угодно, и он был для меня наставником.

" – Я не помню своего отца... он – это персонаж, которого я выдумал, и к которому возвращался в тяжелые моменты в своей... жизни ... Есть кое-кто, кто почти заменил мне отца. Я знаю его всю свою сознательную жизнь, но иногда... он лезет не в свои дела " .

– Он любит играть в игры, и делает это с удовольствием, - Кэри бесстрастно продолжил.
– Когда он позволил мне вернуть свою душу, я еще не знал, чем это обернется для всех нас. Для него, для меня, для тебя... Он сказал, что знает, что я чувствую. Сказал, что я был его ошибкой, и я должен был теперь исправить то, что случилось. Сказал, это будет наказанием для Габриель.

– Что?..
– я медленно встала. Происходящее пугало. Его история начала стирать реальные границы между моим воображением и реальностью, и это больше не было просто рассказом; это было чем-то, что я готова была выслушать, и возможно в какой-то степени поверить. Но я не хотела слушать всю историю. Мне больно лишь от того, как ломается голос Кэри Хейла; ему неуютно, когда он говорит о тех вещах, что были заперты в нем, в его голове. Месяцами он жил с этой историей, и теперь ему предстояло освободиться от нее.

– Габриель затеяла все эти игры со смертью, потому, что не хотела отпускать меня. Люди страдают по-разному. Впадают в депрессию, мучаются, или опровергают происходящее.
– Ужас, от сказанного Кэри Хейлом захватил меня.
– И Габриель выбрала неправильный способ справиться со всем. Она не похоронила меня, после моей смерти. Она заключила со Смертью сделку, на вечное рабство ее души, в обмен на то, что я буду ходить по земле. Но я не был живым. Я не был человеком, а ей было достаточно того, что я есть в этом мире, что влачу жалкое существование чудища, которое забирает жизни людей.

– Кэри пожалуйста, прекрати это.
– Я не могла больше это выносить.
– Отпусти меня домой. Я поняла, что ты хочешь избавиться от меня. Я уеду, как ты этого и хотел. Пожалуйста, выпусти меня.

Я встала у двери в надежде, что он отпустит меня, но он не спешил делать этого. Казалось, ему нравится мучить меня, потому что сейчас я увидела на его губах проблеск усмешки, когда он сказал:

– Теперь ты не уйдешь, Энджел. Не покинешь эту комнату, пока не дослушаешь мою историю до конца.
– Он издевательски прошептал: - Разве не хочешь услышать всю правду?