— Что, натирает?

Найна не успела уклониться: охотник, оттянув ошейник, деловито осматривал ее шею.

— Вроде поджило…

Ощутив прикосновение его осторожных пальцев, Найна нервно дернула головой. Хантер вскинул взгляд — кажется, и сам только сообразил, что делает. Отступил, буркнув:

— Заживает, как на собаке…

Найна пренебрежительно фыркнула:

— Конечно, я же для тебя собака и есть!

— Что ты там все высматриваешь?

Найна напряженно вглядывалась в тень у крайней штольни.

— Ты же хотел знать, почему люди сюда не вернулись? Взгляни-ка…

Хантер прищурился. Она посматривала то на него, то на штольню. Увидела, как дрогнуло лицо человека, рука рванулась к поясу.

— Что за?!.

— Ухватка, — с удовлетворением сообщила Найна. — Обычно охотится ночью, но, видно, сильно оголодала, нас почуяла…

Тонкая черная конечность с тремя лоснящимися когтями-крючьями вновь вытянулась из темноты, пошарила по площадке перед штольней, нерешительно замерла и спряталась: ухватка прикидывала, насколько безопасно выходить на солнечный свет.

— Если в округе не находится добычи, они жрут друг друга. Возможно, там осталась всего одна, зато самая сильная. Не желаешь поохотиться?

Найна беспечно спрыгнула на первый уступ. Человек схватил ее за локоть.

— Ты куда?

— Туда, — Найна поглядела на него снизу. — Если не хочешь, чтобы я сдохла от удушья… на радость ухватке, пойдешь за мной.

— А если мне совершенно все равно, сдохнешь ты или нет?

— Тогда отпусти меня, садись и смотри. Зрелище будет занятным.

Человек разжал пальцы, и она продолжила спуск. Услышала, как за спиной покатились камни: охотник двинулся следом, хоть и тяжеловесно, но довольно уверенно. Найна и не сомневалась, что он пойдет — кажется, Хантер из тех, кто всегда принимает вызов.

И для чего-то она нужна ему — живая.

Ухватка больше не показывалась; притаилась, ожидая глупую добычу. Сейчас, наверное, лапу потирает в предвкушении…

— Как действуем? — спросил остановившийся вплотную охотник. Его дыхание касалось ее затылка.

— Можешь не шептать, — отозвалась Найна в полный голос. — Она уже нас услышала, чует и ждет. Просто придется немного побегать. Но ты плохо знаешь эти коридоры, еще заплутаешь, мало ли что тогда… — она выразительно подергала ошейник.

Хантер ухмыльнулся:

— Не оставляешь попыток, а? Не сниму!

Найна мимолетно улыбнулась в ответ. От предвкушения близкой охоты все ее тело просто звенело.

— Ну, попытка — не пытка, как говорит Бе… одна женщина.

Человек смотрел на нее так пристально, что она перестала улыбаться и обругала себя: ее оговорками, наверное, можно заполнить уже целый свиток! Что поделаешь, не привыкла хитрить и изворачиваться. А пуще всего — держать язык за зубами…

Найна деловито объясняла давно отработанный способ охоты на ухватку. Хантер молча слушал, проверяя, насколько легко выходит нож из ножен. Перебил всего раз:

— Так кто из нас будет приманкой?

— Ты, — легко отозвалась она. Усмехнулась в ответ на его выразительный взгляд: — Конечно, я не заплачу, если тебя сожрут, но пока не собираюсь помирать от твоей проклятой удавки, так что… Главное — выманить ухватку на свет.

Снова внимательный взгляд исподлобья.

— Тебе достаточно твоего ножа?

После той ночи они молчаливо решили, что нож остается у нее: то ли странное перемирие, то ли человек и впрямь был настолько уверен в своей безопасности…

Найна пожала плечами.

— Остальное все равно унесла Ярча… — и замолчала, увидев, что он протягивает ей свой арбалет. Взяла, примерилась. Длинноват, но взводить все же можно вручную, без стремени и «козьей ноги». Бьет, наверное, на добрую сотню ярдов. Вскинула, целясь в недалекую площадку. Поддразнила: — Не боишься, что я выстрелю тебе в спину, а, человек? Чтобы ты не смог шевельнуть ни рукой, ни ногой?

— Побаиваюсь, волчица, — в тон отозвался Хантер, протягивая ей стрелы. — Но все же рискну.

— А кто-то недавно ругал меня за бесцельный риск…

Но довольно болтать. Ухватка уже изнемогает и просто истекает желудочным соком… Найна подобрала камень и кинула его в ход по соседству с тем, в котором засела ухватка. Кажется, даже охотник со своим человечьим слухом услышал шелест, с каким тварь кинулась по штольне за предполагаемой добычей.

— Пошли!

Последние два года Фэрлин натаскивал здесь подростков, да и опытные Пограничники не гнушались охотой на тварей, упущенных во время прорыва и облюбовавших подземные убежища. Звери поистине неистребимы, точно крысы. И ухватка — не самая опасная из них. Так что каменоломня была Найне отлично знакома — до самого последнего тупика.