Впереди блеснуло черное зеркало Обсидиана. Волк остановился у самой воды, подзывал нас нетерпеливыми взмахами. Рыжик шлепнулся на камень, вывалив язык. Его ребра ходили ходуном.

— Ты уплываешь? — Для нас главное — уйти подальше, пока Псы не взяли след от башни Зихарда. Может, многие и обрадуются смерти Хозяина, но отомстить все равно отомстят. Заодно и нами перекусят…

Бэрин глянул остро.

— МЫ уплываем!

У меня не было сил возразить или даже рассмеяться. Я просто показала на Рыжика:

— Он не сможет. Мы пробовали.

Брат отчаянно замотал головой. Не сможет.

Сверху по склону покатился камешек. Мы вскинули головы. Никакого движения. Волк плавно, чтобы не испугать, присел перед Рыжиком на корточки — тот отшатнулся, но не вскочил. Бэрин говорил четко и очень мягко:

— Есть только один выход. Граница не пускает живых. Но если ты будешь без сознания…

— Не слушай его! — приказала я. Наверху треснула ветка. Рыща взглядом по склону, я наклонилась, нащупывая подходящий для обороны камень. А у Волка я еще заберу нож.

— …я надавлю вот здесь, и ты как будто уснешь. Тебе не будет больно, ты ничего не почувствуешь… и я перенесу тебя через границу. Иначе тебя здесь убьют. И Лиссу. Ты знаешь это.

Краем глаза я увидела, что брат кивает. Да он же просто перепутал, когда кивать, когда качать головой! Он хотел сказать «нет»! Бэрин протянул руку и ткнул пальцем в доверчиво подставленное горло.

— Ты! — крикнула я, замахиваясь камнем. Волк подхватил одной рукой обмякшего брата, другой быстро стянул с себя плащ. Сказал просто:

— Пошли, Лисса, — и шагнул в воду.

Я выронила камень, протянула руки.

— Отдай мне его!

Свесившиеся руки-ноги и голова Рыжика, глаза закрыты. Волк уже по пояс в воде, говорит все так же спокойно, вроде бы даже с улыбкой:

— Идем, Лисса.

— Отдай! — умоляла я.

Волк резко вскинул голову.

— Так иди и возьми!

И кинулся боком в реку. В тот же миг по воде, где он только что стоял, что-то чиркнуло. «Арбалеты имеются не только у нас». Я и опомниться не успела, как оказалась в реке — сейчас почему-то было плыть гораздо легче, словно Волк расчищал мне дорогу через течение. Даже намокшая одежда почти не чувствовалась и не тянула ко дну. Я услышала, как за спиной в воду что-то плюхнулось. Оглянулась: несколько Псов и побережников пытались закидать нас камнями и арбалетными болтами. Уже не достанут.

Я переплыла Обсидиан как во сне — слежу за братом (Волк плывет почти на спине, поддерживая голову Рыжика над водой, кажется, его ни разу не захлестнуло), двигаю руками и ногами, — и вот уже другой берег. Бэрин вынес и уложил Рыжика на землю, повернулся ко мне:

— Быстрей!

И так тороплюсь изо всех сил! Волк думал иначе: побежал ко мне, разрезая воду коленями, подхватил под мышки, выдергивая из реки, точно пойманную рыбину. И началось!

Что-то взревело, толкнуло, сбивая с ног Бэрина — он упал, кувыркнулся, не выпуская меня из объятий — вода, воздух, пена, бурление, снова вода… Изо всех сил отталкиваясь ногами от дна, цепляясь друг за друга, мы кое-как выбрались на берег — а мимо несся освобожденный Обсидиан. Бэрин сидел, опершись руками за спиной, так же, как и я, тяжело дышал, из рассеченной щеки текла кровь, но он смеялся, с восхищением глядя на бесновавшуюся реку.

— Он и так долго терпел!

— Ты сказал Слово? — догадалась я. Так вот почему мне так легко плылось сегодня… И вчера — после того, как я чуть не утонула… Вчера он тоже просил Обсидиан пропустить меня. Почему? Так легко было дать мне утонуть!

Я оглянулась. Рыжик уже пришел в себя, сидел, таращась на реку. Я бросилась к нему:

— Тебе не больно? Как ты себя чувствуешь?

Рыжик засмеялся, показав рукой на тот берег. Там собралась уже целая толпа. Да, вовремя мы оттуда убрались! Волк тоже рассмеялся, сделал энергичный жест в их сторону — среди людей и Волков этот жест считается непристойным. Я заметила:

— Они ведь все равно не поймут.

Бэрин вроде бы слегка смутился. Взъерошил мокрые волосы.

— Да-а, не мешало бы мне уже и одеться! Жаль, у тебя сегодня нет шали, а штаны маленького брата мне маловаты.

— Могу одолжить юбку, — предложила я. Бэрин заколебался, разглядывая мою мокрую одежду. Фыркнул:

— Да уж, народ будет в восхищении! Ладно, побегу так. А вы оставайтесь на месте, никуда не уходите.

Только тут я поняла, что, уйдя от одной опасности, мы прямиком угодили в другую. Бэрин вроде тоже вспомнил об этом, глянул на меня настороженно. Сказал с нажимом:

— Вы же никуда не уйдете?

— Некуда! — бросила я, мечтая, чтобы он поскорее убрался. А мы тогда очень быстро побежим. Куда — неважно. Подальше. Волк мне не очень поверил, но тащить нас сразу в замок почему-то не желал.

— Ну тогда… — Он повернулся и тихо застонал. Я вскочила. К нам шли Волки. Немного, всего четверо. Но впереди быстро шагал сам лорд Фэрлин. Я кинула взгляд на растерянное и одновременно упрямое лицо Бэрина — похоже, он тоже был не рад скорой встрече с братом. Брат всегда знает, где я нахожусь.