— Да просто надоели вы мне все, вот, решил пожить месяцок спокойно! В гости не зову, соскучусь — сам приеду.

И тронул коня. Лиссе и делать ничего не надо было — Снежка послушно двинулась следом. Выезжая за ворота, Бэрин перехватил взгляд Гэвина — недоумевающий, озабоченный. Тоскливый. А, да все равно ведь узнает…

Он придержал Ворона, склонившись, сказал Гэвину вполголоса:

— Если захочешь повидать ее, приезжай к озеру. Только один! — И, не дожидаясь ответа, повернул коня влево от основной дороги.

Домик у Серебряного озера был не то чтобы заброшенным — считался временным пристанищем. Иногда туда действительно съезжали парочки, которым хотелось уединения. Чаще всего его использовали для ночевки или когда непогода заставала в дороге. Полдня пути от замка, а с такими попутчиками — и того больше. Бэрин похлопал мешок, перекинутый через колени.

— Эй, можешь оживать!

Звереныш выпростал из мешка голову и полтуловища, с любопытством огляделся, осторожно потрогал лапой шею Ворона — тот всхрапнул и дернул головой. Наклонился низко, оглядываясь назад — Бэрин невольно придержал его за загривок. Звереныш неожиданно ловко вывернулся, спрыгнул на землю и со всех лап бросился к сестре. Выражение морды Снежки, увидевшей несущееся к ней существо, можно было перевести лишь как «и чего только в жизни не бывает!».

Звереныш бежал рядом с косящейся на него лошадью, что-то рассказывая Лиссе. Бэрин прислушался, но мало что понял — хорошо зверенышу удавались только гласные. Лисса покивала, и звереныш принялся носиться вдоль тропы, шуршать в кустах, кажется, умудрялся еще и мышковать на ходу. Вскоре и Ворон привык к постоянному мельканию, лишь поводил глазом и ухом.

Придержав коня, Бэрин подождал Лиссу.

— Мы поживем у озера до собрания клана.

— Ты будешь следить, чтобы я с Рыжиком не убежала?

В том числе.

— И для охраны. Любой Волк может, не разобравшись, убить твоего брата. Но для начала надо убраться подальше с глаз Фэрлина, чтобы он успокоился.

— И что будет, когда он успокоится?

Если б знать! Разве может что-то заставить брата изменить решение? Или кто-то… Дьявол, а он ведь даже не попрощался с Интой! Просто забыл! Как такое могло случиться?

…Дом, построенный из бревен, стоял на берегу большого озера, серые воды которого лениво облизывали крупные темные камни. Далеко в озеро уходили деревянные мостки, по которым тут же понесся звереныш. Бэрин помог Лиссе слезть с лошади, повел знакомиться с новым жилищем. Дом небольшой, печь-очаг, стол, лавки — вот и все, но Лиссе, похоже, понравилось. Да и то, после ее норы… Звереныш уже улегся на мостки: похоже, пытался поймать рыбу рукой… лапой. Озеро дышало, отражало небо, деревья и горы, все вокруг. Озеро знало, что в конце концов все успокоится и уляжется. И станет таким же мирным и глубоким, как оно само.

— Лунное серебро, — сказали за его спиной.

— Что?

Лисса стояла и смотрела на озеро. Повторила:

— Похоже на лунное серебро. У Инты… леди Инты много такого — лорд привозит ей из Сунгана. Мне нравится. Что там делает Рыжик?

Девушка пошла по темным доскам мостков. Бэрин смотрел ей вслед с чувством некоторой неловкости — и правда, где бы она взяла украшения или хотя бы красивую одежду? Те руны-узоры, что она вывязывала, наверное, были среди Зверей верхом искусства…

Лисса встала на колени рядом с братом, заглядывая в озеро. Скоро она уже смеялась и тоже плескала в воде рукой. Повезет же кому-то, неожиданно подумал Бэрин, хорошая девчонка — симпатичная, преданная, зачастую безрассудно-храбрая… Жаль, оборотней-лисов нет в округе… Захочет ли она знаться с волками в лунные ночи?

Хотя дни были уже не такими холодными, дом протопили основательно. Лисенок валялся на нарах кверху голым пузом, дрых, довольный и уставший. Но главное — сытый. Никто не запрещал ему бегать по берегу, плескаться на мелководье, ловить рыбную мелочь…

Бэрин лежал у очага, глядя то на огонь, то на профиль Лиссы: острый нос, неяркие губы, раскрасневшиеся от тепла скулы. Волосы тоже отливали красным золотом.

— Что-то ты притихла… Ну, нравится здесь?

Лисса кивнула, слишком сильно разворошила тлеющие угли: в воздух полетели пепел и искры.

— Я сумку оставила… на том берегу. Забыла.

— Нашла из-за чего расстраиваться! Одежды и утвари мы тебе здесь столько найдем!

— Там была шерсть…

Он насмешливо фыркнул: кто теперь осмелится купить вязанье у лисички-колдуньи?

— …и мамина книжка.

— Что? — У Зверей была книга! Чудо, если кто из них умеет хотя бы говорить, а уж читать…

— Очень старая. Мать нас по ней учила. Страницы — не бумага и не кожа… непонятное. Очень, очень старая. Жалко.

Бэрин поглядел на дремавшего рыжего братца. И что — этот тоже умеет читать? Но спросил другое:

— Лисса, а в твоей семье были еще такие… как ты?

— Нет. Я выродок.

Шутит? Кажется, нет. А умеет она вообще шутить?

— То есть все, как он? — он кивнул на нары с Рыжиком.