— Нечего? — Ольгер по-прежнему выглядел задумчивым. — А по-моему, ошибаешься как раз ты! Я соскучился и думаю, кое-кто соскучился по мне. — Насмешливо-высокомерный взгляд. — И пока я кое с кем не увижусь, никуда не уйду. Хочешь меня задержать — попробуй!

Ольгер поддернул лямки мешка, повернулся и намеренно неторопливо двинулся по тропе, ведущей в замок. Бэрин хмуро смотрел ему вслед. Он знал, к кому направляется Ольгер. Лишь день назад он бы постарался изгнать его — хотя Ольгер старше и опытней, но, начнись драка, неизвестно, кому бы пришлось удирать, поджав хвост. А сейчас он должен остаться с Лиссой и с ее зверенышем — охранять и от Ольгера, и от братьев-волков. Каково же Фэрлину оставлять свою жену при отъезде — хотя Инта всегда под присмотром и охраной. Какого… пса он вдруг начал сравнивать себя и Фэрлина?! Или Лиссу с Интой?!

Но нельзя же дать Ольгеру так просто разгуливать по их земле!

Словно ответ на его мысли, прозвучал стук приближавшихся копыт. Бэрин уже знал, кого увидит: конечно, нетерпеливый парень и дня не может провести без своей любви! Бэрин пошел навстречу. Схватил коня под уздцы — Гэв, окидывая жадным взглядом дом и берег, перекинул ногу через седло. Бэрин остановил его:

— Подожди, не слезай. Ты никого не встретил? Никого не почуял?

— Нет.

Значит, как изгой ни хорохорился, все-таки сошел с тропы…

— Ольгер вернулся.

Гэвин перестал озираться, выпрямился в седле. Уставился на него. Лицо его залило краской, потом румянец схлынул, оставив на щеках бурые пятна.

— Как… вернулся?

— Так. Тебе придется предупредить лорда. Пусть они будут настороже.

Гэв было тронулся с места, но вновь натянул узду.

— А как же… — он кинул взгляд на закрытую дверь, — вы?

— Ну, до твоего возвращения мы как-нибудь продержимся.

Лицо парня просветлело, и он тронул коня коленями.

— Я скоро!

…Я слушала его сердце, дыхание, слова, которые он мне бормотал в макушку. Не вырваться… Я и не пыталась. И не хотела. Впервые за много-много лет чувствовала себя в безопасности — вот не думала, не гадала, что мне будет так… спокойно в объятиях заклятого врага-Волка. Я даже пожалела, когда он наконец отпустил меня.

А на следующий день пришел странный Волк. Я выглянула в дверь, когда с озера стремглав прибежал испуганный Рыжик. Волк был пыльным, усталым и очень… недобрым. По напряженной позе и по голосу Бэрина было ясно, что он тоже не рад пришельцу. Тут Волк оглянулся, увидел меня и оскалился — не улыбнулся. Пошел к дому, приветствуя меня насмешливым хриплым голосом:

— Добрый день! Что-то не припомню такую рыженькую! Давай знакомиться.

Не было даже нужды смотреть на напряженное лицо следовавшего за ним Бэрина — вместе с пришельцем приближалась опасность. Я отступала медленно, чтобы не спровоцировать нападения, и даже неугомонный брат спрятался за меня. Прикрыла дверь, прислушиваясь к негромкому разговору Волков: в голосе пришельца звучал вызов, в голосе Бэрина — сдерживаемый гнев.

Волк ушел по тропе к замку, но я не спешила выходить, выглядывала в окно. Бэрин стоял, сжимая пальцами ремень, о чем-то размышлял. Вот вскинул голову, прислушиваясь. На берегу появился Гэвин: этот еще сюда зачем? Вроде бы Бэрин говорил, что Озерным домом редко пользуются. А тут гость за гостем… Волки переговорили, и Гэвин снова ускакал.

— Лисса! — позвал Бэрин.

Я вышла.

— Кто это был?

— Изгнанный.

— За что вы его прогнали?

Бэрин поморщился.

— Расскажу после. А пока тебе и твоему брату не стоит уходить далеко от… меня. Он опасен. Еще, — он поглядел как-то странно, — тут немного поживет Гэвин.

Зачем? Тоже для охраны? Если он опять будет задирать меня или Рыжика, я не посмотрю на то, что Гэв — Волк, хоть и молодой, и задам ему хорошую трепку… И когда это я расхрабрилась? Когда поняла, что хотя бы один из Волков — за нас?

— Ну поживет так поживет. Только припасов тогда будет мало.

— Мы будем охотиться по очереди. Да и твой… братец нам рыбы наловит. Так?

Рыжик энергично кивнул и побежал на мостки, где лежала брошенная удочка.

Гэвин приехал поздно и не один. В возке, нагруженном узлами, мешками и даже, кажется, перинами, восседала Берта. Бросила поводья, спустила ноги на землю.

— Ну и как вы тут, мои мальчики и девочка?

Изумленный Бэрин раскинул руки, подходя к хозяйке:

— Берта! Как ты здесь?

Но его опередил рыжий комок шерсти, подкатившийся к Берте и уткнувшийся головой ей в живот. Брат весело верещал, докладывая женщине, доброй кормилице, обо всех событиях за полтора дня, хотя лучше всего у него получалось: «Берта, Берта, Берта!» Женщина прижимала Рыжика, гладила по лохматой голове, с улыбкой поглядывая на застывшего с выхваченным ножом Гэвина. Бэрин осторожно нажал на руку парня, заставляя опустить оружие.

— Да это же… — растерянно сказал Гэв. — Это же… как это?