С трех стен свисали гроздья внутренностей и связки рассеченных конечностей, жители Эльсторма были хорошими учениками. А учителями были дикие орки.

Тех, кому не повезло попасть в руки мятежников, живыми предавали жестокой смерти - Текурайя, человека резали живьем, а после смерти изымали внутренности, с последующим рассечением тела на равномерные куски костей и мяса. Эти сувениры свисали вдоль всех стен, окрашивая когда-то белые стены в кошмарный красный цвет. Командор был вынужден признать, что это была сильная идея, здесь и сейчас было деморализовано большинство послушников ордена.

В кабинете командора сидело двенадцать человек.

– "Восемь капитанов выбрало другую сторону..."

– Какова ситуация?

– Положение сложное, - поднялся Перси Боррел, этот человек был приучен говорить свои мысли в лицо, не размениваясь на смягчающие интонации и игру слов.

– Караул у камеры Кириана уничтожен, похоже на почерк Эйнара...

– "Итак, теперь у них есть предводитель, я ждал этого".

– Вот как...

– Разведка вернулась ни с чем, везде развернуты сигнальные плетения магов, обойти их не просто, - проклятые маги, они всегда ведут собственную игру. Никому нельзя доверять.

– Где они собираются?

– У южной стены.

Ни один из капитанов не пожелал добавить пару слов в этот доклад, и от этого становилось еще страшнее.

– Скажи мне Рон... зачем все это?

Слова молчаливого и сумрачного Аскольда упали как тяжелые камни.

– Хотел бы я вам все объяснить, но...

Крепость накрыла оглушительная звуковая волна, следом за волной пришло ощущение качающейся земной тверди. Стены крепости ходили ходуном.

– Ворота... Свет, их больше нет!!!

Над крепостью неслись испуганные крики впечатлительной молодежи.

– "Неужели...?"

– К оружию!!!! Орки атакуют...

– "Я был не прав, все худшее только начинается".

– "Моя вина... моя вина..."

От Эльсторма били эманации смерти, боли и человеческих страданий.

Изабелла стояла вдали от крепости, наблюдая за происходящим с болью в сердце. Там, всего в нескольких сотнях метров за мощными стенами крепости за нее умирали знакомые и дорогие сердцу люди. Скольких знакомых лиц она недосчитается после этой бойни, она этого не знала.

– Куда вы...?

Девушка оглянулась на высокого орка, понимая, что сейчас произойдет неминуемое.

– "Крови станет еще больше..."

– Я должна быть там!

Сияющие стены Эльсторма были в этот день прибежищем предательства и человеческой жестокости. Знать бы правду, было ли подобное в истории крепости раньше?

– Светоносная, - Ханумаг поправил на себе перевязь с огромным двуручным мечом, - воины Оркланда присягают тебе...

Полторы тысячи трехметровых орков, это была дикая сила, с которой нужно было считаться. В открытом бою людям нужно было иметь войско в пять раз больше, чтобы противостоять их натиску. Лишь наличие стен уравнивало силы.

– Присяга на крови, - Белла знала, что в клятве на крови применяется высшая магия орков, эти существа никогда не нарушали клятв на собственной крови.

– Как пожелаешь Светоносная...

Шаманы орков установили на массивную треногу большой котел, к нему выстроилась длинная очередь из воинов-орков. Взгляд девушки не зацикливался на мелочах и мимике нелюдей, слишком много мыслей металось внутри нее, чтобы адекватно воспринимать окружающий мир.

– Светоносная, прими нашу кровную клятву, - шаман орков торжественно прикоснулся к котлу с кровью орков, и вся красная масса взмыла в воздух, из крови орков сложился древний символ клятвы, иероглиф засветился и вспыхнул, сгорев бесшумно и без следа.

– Клятва принята...

– "Светоносная", - подобного титула удостаивались особые люди, считалось, что иногда Свет снисходит на людей и поселяется в теле избранных.

Отличительным признаком светоносных было сияние различных частей тела, контуры тела таких людей распространяли расплывчатые очертания из света и яркого светящегося ореола, иногда взрываясь редкими фонтанами светлых искр-брызг.

– "Что это мне дает?"

Во всех сказаниях Светоносные плохо заканчивали. Уделом этих людей обычно была героическая и вдохновенная смерть во имя интересов Создателя.

– "Такие детали будущего были бы нежелательны".

Страшно было подумать, что случилось бы в лагере орков, не будь там Ханумага. Шаман орков оказался силен в прозрении событий прошлого, картинка стоящего над телом дяди Рона стала неприятной неожиданностью. Крестный всегда души не чаял в Белле, тем больнее было сознавать, что этот близкий без всяких скидок человек избрал путь предательства, обрекая ее на мучительную смерть либо не менее мучительное рабство.

– "Это война", - Изабелла размышляла о судьбе отца, самого любимого в этой жизни человека, она надеялась, что он жив и что с ним все в порядке.