Васька хлопнул по своему плечу ладонью, как будто на нем лежал погон и ответил:

– Я же тебе сказал, что знали об этом Колдун и я. Ты хочешь услышать его имя?

– Ага.

– Кузнец.

– Надеюсь не прапор Кузя,- усмехнулся Дрон.

– Да нет, тот званием повыше - майор Кузнецов.

– Теперь я вижу, что ты в курсе всех дел. "Кузнец" нам нужен для своеобразного компромисса, он закрывает глаза на кое-какие вещи, например: наведение мною порядка в зоне, а я в свою очередь, делаю безопасной его нелегальную работу. Порядок в зоне - только на руку ментам, но им легче налаживать свою политико-воспитательную работу с активом зоны, чем передавать инициативу нам - уголовным авторитетам колонии.

– Ты говорил Кузнецу, что тебе край дела нужно побывать на Тарбазе?

– Конечно.

– И что, ты думаешь, он пойдет тебе навстречу?

– Куда он денется. Хотя знаешь, ему видать не в жилу, чтобы я попал на объект, он догадывается, для чего я рвусь на Тарбазу и то, что Кузнец убрал Ефремова с горизонта, - это дает нам шансы укрепить свое положение в зоне.

– Он кума - Ефрема уволил?!

– Нет, по моему замыслу, его погнали в командировку. Я сейчас думаю, как бы с Кузнеца побольше филок снять, чтобы направить их в общак зоны. Какая-то часть от подпольной строительной компании является платой за охрану его предприятия. Но кроме нас, на воле есть люди, которым приходится платить, они наблюдают за бригадой. Правда в последнее время приглядывающие сидели без дела, но с моим появлением, работы у них прибавилось.

– Это люди Аркана?

– Да. Без них не будет настоящего контроля. Идет наращивание объемов строительства, и осуществляются нелегальные сделки. Организация Кузнецова и Говорова нуждается в надежной охране, в задачу которой входит обеспечение безопасности членов организации. В число охраняемых входят и сами зэки, они работают в расконвоированной статусе на строительном объекте, но как только их бригада переходит под охрану лагерного надзора, "парни-охранники" снимаются с объекта, и так до следующего дня. Да что я тебе объясняю, ты и сам все знаешь.

– Они неплохо получали за свою работу, пока менты не отправили Колдуна на крытку, потом Кузнец стал кроить деньги. Мне отец передает иногда такие сообщения.

– Ничего Васек, скоро прищучим этих доморощенных богатеев, их организация расширяется, так что им нужны новые люди. Мы с Арканом готовим "подпольщикам" сюрпризы, к братану уже начали обращаться Фан-Фанычи (подпольный богач), нуждающиеся в безопасности собственных шкур. Придет время, когда "боссам" придется поклониться нашему братству в ножки, как бы им этого ни хотелось. Меня уже известили о деятельности подпольных организаций, производственного характера. Разве зря Васек воровское братство взяло курс в этих направлениях. Подпольных цеховиков, желающих пожить на широкую ногу и иметь свое нелегальное производство, теперь много, но такую корову нужно доить с умом, не пугать поборами, а предлагать свои услуги, то есть оберегать от "наскоков" случайных жуликов и вымогателей". В семидесятых подпольные цеховики набрали ход и уже не так боятся ОБХСС, как раньше. Налаживают кругом свои производства. До меня слухи дошли, что менты с вольными мастерами в Тогучинской зоне замутили пошив одежды, умело подделывая ее под импорт.

– Это на четырнадцатой?
– спросил Васька, заинтересованный увлекательным рассказом Дрона.

– Ну -да. Они по деревням швейные машинки разместили: кто шьет тапочки и детские пинетки, а это же дефицит в наше время. Сейчас везде прорастает и набирает силу фарцовка, спекуляция. А Кузнецов с Говоровым занимается таким выгодным делом, как строительство. Короче, Васек: в глубинке и по всей стране нарождается новая формация коммерсантов, еще не совсем окрепшая и не затянувшая паутиной города Союза, но набирают силу подпольные предприятия.

Вот и нищие менты УИТУ и ИТУ, раскрывавшие некогда тощие кошельки перед своими семьями, уже запрягали в полозья "теневой компании" дармовую зэковскую рабсилу. Денежки -то сначала капали, а теперь ощутимо потекли в карманы предприимчивых тюремщиков.

Прежде, чем прийти в эту зону, я с многими из братвы встречался, и мне всю подноготною на мусоров зоновских слили: они же твари договариваются с хозобслугой, и в наглую воруют продукты питания, предназначенные нам. Менты прочухали, что можно жить припеваючи, и за наши бабки заносят в зону все подряд: водку, наркоту, чай. Опера на воле совместно с зоновскими, все глубже стараются влезть в дебри воровского братства и, почуяв наживу от поставок в зоны нелегальщины, предвидят грандиозные обороты. Они твари сами пытаются насадить своих людей в лагерную верхушку. Знаешь Васек - назревает какая- то буря. Грамотных и умных воров не так уж много, но мы видим перемены в своем братстве - пошла настоящая движуха. В системе ГУИТУ МВД идет какая-то непонятная возня, нас предупреждают о предстоящей ломке авторитетов. Мы рассылают воззвания в зоны разных областей, шлем закодированные малявы на разные периферии.

– Леха, поэтому ты здесь?

– Да. Я сам предложил братве, что хочу пройти этапом в Сиблаг. Аркан в Новосибирске крепко держится, хотя, ты сам знаешь, он сейчас на нелегале осел. И, как бы Васек мусора нас не ломали, но смелые, решительные люди, рискуя своим здоровьем, а то и жизнью, входят в зоны, в черные, гретые. Только вот такие, как эта - красные и сучьи зоны уже плотно загнили и поражены грибком коммунистической пропаганды. Активисты - "козлы" - это движущая сила ментов. Начальству УИТУ и хозяинам колоний на руку вступление зэков-предателей в секции внутреннего порядка, она ставит в основу исправление таких заключенных. Но мусорская система прекрасно знает наперед - не может человек исправиться, находясь в поганых условиях, где все запрещено, кроме, как дышать свежим воздухом. Эти козлы, освободившись досрочно, по -новой через полгода или раньше заезжают в тюрьмы. Какие они к чертям "исправившиеся" - еще хуже становятся, когда возвращаются в зону. От собственной злости на всех окружающих, такие гады в прямом смысле пойдут по трупам, чтобы опять досрочно выйти на волю. Мусорская система по -новой отпускает их, потому - что в красной зоне, весь порядок держится на таких козлах.

– Я смотрю, ты Советы сильно ненавидишь.

– И есть за что. Потом расскажу, эта история длинная, и связана с моим отцом. Скажу тебе только одно - вся Советская система - это сплошной мусор, и я не намерен ей прощать за то, что они отправили моего батю в психушку.

Мне Васек торопиться нужно. Хочу насадить умы молодых, да неопытных верными понятиями. Повернуть вспять "красные" порядки в этой зоне, чтобы они не занимали прочно место в жизни блатных и мужиков, чтобы этим примером заразились все лагеря Сибири. Порой смотрю на всю эту серую массу и сам себе противоречу: хочется вести дела по справедливости, по совести воровской, а иногда от тупости людской в злобу бросает. Куда вы лезете мужики: кому собрались подметки лизать? Власти, которая ваших отцов и дедов в бараний рог гнула. Да, Васек, комсюцкая пропаганда так въелась в людские мозги, что вытравить ее невозможно. Потому многие из мужиков стараются не вникать в наши понятия.