– Ты хочешь сказать… – уставились на него мы с Локвудом.

– Да. Так случилось, что дом, в котором жил Бикерстаф, стоял несколько поодаль от остальных больничных построек, и пожар его не тронул. Этот дом цел до сих пор.

– Для чего он сейчас используется? – спросила я.

– А ни для чего. Стоит заброшенным.

– Что и следовало ожидать, зная связанную с ним историю. Разве кому-нибудь может прийти в голову поселиться в таком доме? – сказал Локвуд, откидываясь на спинку стула. – Отлично, отлично, Джордж. Завтра отправляйся в Чертси. А мы с Люси попробуем напасть на след Карвера – хотя как это сделать, я пока не представляю. Карвер совершенно исчез с горизонта. Ладно, я пошел наверх. С ног валюсь, до чего устал. Да еще очень хочется как можно скорей снять эти шорты.

Он начал вставать со стула, и в этот момент послышался стук во входную дверь. Два коротких удара: тук-тук.

Мы переглянулись. Медленно отодвинули от стола свои стулья и направились в холл.

Стук повторился.

– Который час, Джордж? – спросил Локвуд, хотя на самом деле мог бы и не спрашивать. В холле были бронзовые каминные часы, напольные старинные часы в углу и еще одни, странные африканские часы из коллекции его родителей – они показывали время с помощью страусиных перьев, косточек гепарда и большой вращающейся раковины. Короче говоря, сколько сейчас времени, знал каждый из нас.

– Двадцать минут до полуночи, – озвучил время Джордж. – Поздно.

Слишком поздно для живых посетителей. Никто из нас не произнес этого вслух, но все об этом подумали.

– Ты, конечно, починила защитную железную полосу, Люси? – спросил Локвуд, пока мы пробирались через холл мимо висящих на вешалке курток и стола с хрустальной лампой. Холл освещала только бледная желтая полоска света, струившаяся из кухни. В полумраке со стен на нас смотрели страшноватые ритуальные маски и прочие экзотические штучки. Саму входную дверь видно не было.

– Почти, – сказала я.

– Почти закончила чинить?

– Почти начала.

В дверь снова постучали. Точно так же: тук-тук.

– Почему они не звонят в колокольчик? – сказал Джордж. – На воротах же ясно написано: по ночам звонить в колокольчик.

– Это не Каменщик, – медленно сказала я. – И не Том-Теневик. Они не подошли бы к двери даже через сломанную железную линию. Слишком слабые…

– Ты права, – согласился Локвуд. – Это не призрак. Я думаю, это Барнс или Фло.

– Так и есть! Конечно! Фло. Это должна быть Фло. Она всегда бродит по ночам.

– Бродит. Нужно впустить ее.

– Да.

Но вперед никто из нас не двинулся.

– Никто не помнит, как называлось то место, где недавно произошло удушение? – спросил Джордж. – Ну, там, где призрак сначала стучался в окно, а потом убил старую леди?

– Джордж, там было окно! – возразила я. – А здесь дверь!

– И что из того? И дверь, и окно имеют одинаковую форму, они прямоугольные. И меня тоже могут задушить!

Раздался еще один стук, на сей раз одиночный, и он эхом прокатился по холлу.

– К черту, все к черту, – прорычал Локвуд.

Он быстро прошел к двери, включил по дороге хрустальную лампу и вытащил из подставки для зонтиков рапиру. Встав возле двери, он громко и раздельно спросил:

– Эй! Кто там?

Ответа не последовало. Локвуд пригладил волосы, затем откинул дверную цепочку и отодвинул щеколду. Прежде чем отворить дверь, он обернулся к нам с Джорджем и сказал:

– Не могу иначе. Вдруг там кто-нибудь, кому нужна наша…

Дверь рывком открылась снаружи и ударила Локвуда. Он отлетел, крепко приложившись спиной о полки. Маски и ритуальные тыквы повалились на пол. В дверь ввалилась сгорбившаяся черная фигура. Я успела заметить белое искаженное лицо и два бешеных вытаращенных глаза. Локвуд не успел поднять свою рапиру, как фигура уже врезалась в него, вцепилась ему в грудь своими скрюченными пальцами. Мы с Джорджем подскочили, и в этот миг раздался жуткий захлебывающийся крик. Фигура завалилась назад, отлепилась от Локвуда и оказалась в свете лампы.

Это был мужчина, живой, он судорожно хватал раскрытым ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Его длинные рыжеватые волосы потемнели от пота. На мужчине были черные джинсы и кожаная куртка, под ней – грязная черная футболка. Незнакомец неуверенно переступил по полу своими тяжелыми ботинками с высокой шнуровкой.

Джордж ахнул. В ту же секунду узнала незнакомца и я.

– Карвер, – сказала я. – Это Джек Карвер. Тот, кто украл…

Карвер скреб пальцами свою шею, словно пытался вытолкнуть застрявшие в глотке слова. Он неуверенно сделал шаг по направлению к нам, затем второй, потом покачнулся и ничком повалился на пол, гулко ударившись лицом о паркет. Локвуд отлепился от полок. Мы с Джорджем замерли, выжидая. Все смотрели на лежащее перед нами тело, на судорожно подергивающиеся пальцы Карвера, на расплывающееся под ним темное пятно. Но прежде всего – на глубоко всаженный в его спину нож.

Как всегда, Локвуд среагировал быстрее всех.

– Люси, возьми рапиру, – он швырнул мне свое оружие. – Иди к двери. Выгляни, осмотрись, потом запри нас.

Когда я пробралась к открытой двери между лежащим на полу телом и столиком для ключей, меня обдало холодным ночным воздухом. Я перешагнула через порог и выглянула на улицу. Наша мощеная дорожка перед домом была пуста, ворота в ее дальнем конце открыты. На дорожку отбрасывал слабый оранжево-желтый свет зажженный перед домом номер 35 уличный фонарь. В доме напротив было освещено крыльцо, еще один огонек горел наверху, в окне ванной. Все остальные окна в домах были темными. С угла улицы доносилось гудение призрак-лампы. Сейчас она не горела, зажжется минуты через две. Я дождалась. Призрак-лампа загорелась, но на улице я никого не увидела. Нигде никакого движения.