Моряна молчала несколько минут, прежде чем ответить, и у парня с каждым шагом росла в душе тревога.

– Нет… – наконец вздохнула она, – пока ничего плохого не случилось. Но давай я объясню всё после ужина… я жду новостей, возможно, ситуация изменится.

– Ок, – нехотя согласился Стан, ему тоже нужно было кое о чём переговорить с клоном наедине.

– Я не буду вам рассказывать подробно, как жила всё это время ваша сестра. На это есть несколько причин, – наблюдая, как сидящий на краю блюда Чудик старательно кормит своего подопечного самыми жирными кусочками мяса, проговорила моряна и подняла на клонов строгий взгляд, – но главных всего две. Первая – у нас мало времени, и вторая – Тина на меня обидится. Поэтому скажу коротко, она отправилась к адмиралу дать показания по делу харифа той крепости, где жила. Его обвинили в укрывательстве иномирянки ради личных интересов.

– Какие именно интересы… – Стан не успел договорить свой вопрос, а моряна уже вовсю отрицательно мотала головой.

– Никаких не было, кроме одного, он хотел помочь ей спокойно осознать и развить приобретённые при переходе способности. Надеялся втайне, что она окажется целительницей, у него была очень больна жена. Ему повезло, Тина действительно получила редкую способность исцелять прикосновением рук, и я взяла её в ученицы. Вместе мы и вылечили жену харифа.

– И где сейчас наша сестра?

– Заперта в башне адмиральского замка вместе с двумя друзьями, третьего мы прячем в надёжном месте, – начала спокойно объяснять моряна, взглянула в потемневшие глаза клонов и заторопилась: – Нет, ничего страшного, башня не тюрьма, там есть купальня, несколько удобных комнат, и даже решёток на окнах нет. Но сбежать за последние сто лет оттуда не удалось ни одному узнику, дворец стоит над рекой на высоком скалистом утёсе, а башня построена над самым обрывом. И все её окна выходят на реку, причём находятся на такой высоте, что прыгнуть вниз решится только лишь самоубийца. Но таких туда и не сажают.

– Почему-то мне вдруг вспомнилось. – Стан, чуть прищурившись, подозрительно уставился на королеву. – Как легко тхипп влез на ту скалу… на Зании.

– Да, ты правильно подумал, тхиппу ничего не стоит добраться до окна. – Моряна выглядела необычайно довольной. – Но вот чем отвлечь охрану, я не могу придумать со вчерашнего вечера, пленники сидят там всего день. Не хочется, чтобы лучники начали стрелять, тхиппу они особого вреда не причинят, зато друг друга или случайных лодочников вполне могут задеть.

– А где охрана?

– Вот тут и тут. – Королева ловко развернула на столе свиток с планом реки, дворца, башни и стен.

Через полчаса согласований и споров план был придуман, уточнён, подправлен и одобрен всеми присутствующими.

– Жаль, мне нельзя с вами, – вздыхала Майка, провожая двойников до порога, – так хочется посмотреть.

– Нечего тебе там делать. – Конс был в этом вопросе непоколебим, слова моряны про лучников запомнились ему очень хорошо. – Мы потом всё подробно расскажем. А может даже, у Чудика получится показать, он же настраивает Шайо на тебя?! Всё, иди в дом.

– Удачи, – тихо шепнула таджерка, провожая взглядом такие похожие фигуры в одинаковых черных костюмах из числа тех, что сшили для Дэконса рабыни господина Югнелиуса.

Даже банданы повязали одинаково, отклеив, наконец, так смешившие её белокурые парики. Майка вздохнула, посылая вслед уходящим оберегающий знак, и медленно пошла в дом. И пусть братья не знают местных богов и не поклоняются им. Главное – она верит и молится за свою родню.

Тхипп бесшумно скользил по ночной реке, не выдавая своих пассажиров ни единым всплеском. Столица, наконец, угомонилась, лишь изредка проплывёт запоздалая лодка, уносящая загулявшего гостя или тайного влюблённого. Поубавилось и света, лишь над причалами самых богатых домов покачивались под лёгким ветерком редкие фонарики. Сейчас, в самое глухое время ночи, город казался с воды заброшенным и неприветливым, возможно, оттого, что сады и дворцы богатых горожан скрывались за окружавшими их неприступными стенами.

Ночные стражники, обходившие стены дозором, огней не зажигали, накрепко усвоив простую истину: под фонарем стоят на страже только самоубийцы. Да если разобраться, и не очень-то нужны они, эти фонари. Когда присмотришься, то и при свете крупных звезд отлично видно тех, кому не даёт покоя чужое добро, зато стоящего в темном уголке стража рассмотреть практически невозможно.

– Я не понимаю, что происходит, – виновато ответил Васт на подозрительный взгляд Тины, – так никогда ещё не было. Нас должны были позвать на допрос ранним утром… это их излюбленный метод. Допрашивать человека, пока он не до конца проснулся и не совсем понимает, чего от него хотят.

– А что было потом… с теми, кто уже тут сидел? – Этот вопрос мучил Тину с первой минуты заточения, но задать его она решилась только сейчас.

Сначала все мысли были заняты здоровьем Васта, потом узники целый день напряжённо ждали вызова на допрос, попутно согласовывая, как объяснить адмиралу мелкие нестыковки в своих ответах.

– Вот почему она не дала нам обо всём этом договориться спокойно?! – возмущалась Тина поступком моряны, но блондины дружно встали на защиту повелительницы.