увидела полоску света под дверью кухни, а голоса стали еще

отчетливее. Это были Павел и Саша. Девушка на цыпочках вышла

из комнаты и подошла ближе.

– Смотри, здесь до деревни есть короткая дорога, по ней мы

доберемся быстрее, - услышала она голос брата, что-то зашуршало,

видимо он раскрывал какие-то бумаги.
– Дом в деревне крайний,

стоит немного в стороне, так что поздним вечером мы своим

приездом не привлечем к себе никакого лишнего внимания.

Слова брата удивили девушку. После смерти родителей они не разу

не ездили туда. Какое-то время назад брат даже подумывал о том,

чтобы продать участок, а сейчас они с Сашей обсуждают, как туда

проехать, да еще и не привлекая внимания.

– В кухне есть погреб, там можно спрятать кейс,- продолжил Павел.

– Рядом с домом сарай. Еще когда отец был жив, от сарая к погребу

был прокопан тоннель, уж не знаю зачем ему это было надо... В

последнее время, перед его смертью, у меня все время было

чувство, что он кого-то опасался. Может и авария была вовсе не

случайна.

– Кто-нибудь еще знал об этом подкопе?
– деловито спросил Саша.

– Нет, - ответил брат.
– Катя была совсем ребенком и вряд ли

помнит об этом.

– Ну, что ж, отлично, этот подкоп будет нашей дополнительной

страховкой, что в случае чего мы сможем выбраться из дома.

– Все так серьезно?
– донесся голос Павла.

– Более чем, - усмехнулся Степнов.

Катя стояла, прислонившись спиной к холодной стене и боялась

дышать. Страх пробежал мурашками по коже.

– Сань, а если те люди нас вычислят?
– голос брата звучал

напряженно.

– Не вычислят, - осек его Саша.
– Стас и не такие дела

проворачивал, все продумано, - он немного помолчал и произнес

мечтательно.
– Это такие бабки...

Катя невольно сжала кулачки. Так вот в чем дело, деньги... Брат и

так ошалел от того их количества, которое появилось в его

распоряжении, а тут, похоже, намечается и вовсе что-то

грандиозное. Опер-то ладно, пусть рискует чем хочет, но он снова

втягивает во что-то Пашку.

Ненавижу, думала девушка и это скорее относилось к Саше, потому

как ненавидеть родного брата она все-таки была не в силах. Из ее

глаз текли злые слезы, хотелось ворваться в кухню и стукнуть этого

опера чем-нибудь тяжелым, чтобы больше не лез в их жизнь.

Только Катя уже давно поняла, что ни истериками, ни обидами она

ничего не добьется. Им было все равно до ее слез и до ее чувств,

когда речь шла о деньгах и власти.

Подхватив куртку, она бесшумно выскользнула из квартиры и,

быстро сбежав по лестнице, выскочила на свежий ночной воздух.

Дождь закончился, но отблески молний до сих пор время от

времени озаряли темное небо.

Возле подъезда, поблескивая в свете фонарей, стоял Форд

Степнова, рядом Фольксваген брата. Друзья-неразлучники, черт бы

их побрал... Дойдя до круглосуточного магазина, находящегося на

другой стороне улицы, Катя купила бутылку какого-то ягодного

ликера с откручивающейся крышкой. Она никогда не увлекалась

спиртными напитками и не потому, что брат не позволял, просто не

возникало желания напиться. Сейчас же она чувствовала, что если

не сделает этого, то ее голова, терзаемая тяжелыми давящими

мыслями, разорвется на части...

Вернувшись в пустой темный двор, Катя устроилась на спинке

мокрой лавочки и, открутив крышку, сделала глоток обжигающей

жидкости. Закашлявшись, она заставила себя сделать новый глоток,

и снова...и снова...

Как бы повернулась их жизнь, не встреть она в тот проклятый

вечер Сашу?..

Пашка... Как же он мог так поступить с ней?.. С каких это пор ему

стала важна прихоть какого-то самонадеянного ублюдка?.. Все эти