Одну лишь усладу в юдоли.

Не слышен мне шелест тяжёлой парчи,

И пусто у библиотеки,

Коль призраки сердца спокойны в ночи,

Она — и незрима навеки.

Но всё же пришла, то ли как аромат,

Иль дух в своей мантии белой,

Я в комнате тёмной почувствовал взгляд,

Душа моя к ней полетела!

О ЧЁМ ПЕЛ ДЫМОХОД

Ветер ночной в дымоходе поёт

Ещё никому неизвестный напев;

Вот Женщина вместе с дитём замерла,

Припомнила дочь, что недолго жила,

Слезу прогоняя, в сердцах прокляла:

«Противен мне вой в дымоходе».

Ветер ночной в дымоходе поёт

Ещё никому неизвестный напев;

И Дети шептали, в углу присмирев:

«То ведьма летит к нам от злых королев,

Волшебной трубы её слышится гнев,

Как страшен нам вой в дымоходе».

Ветер ночной в дымоходе поёт

Ещё никому неизвестный напев;

Мужчина к огню, замерзая, приник,

Бормочет: «А снег-то, завалит нас вмиг,

И уголь в цене, и доход невелик,

Заделать бы щель в дымоходе».

Ветер ночной в дымоходе поёт

Ещё никому неизвестный напев;

И слушал с улыбкой Поэт — воплощён

В Ребёнка, Мужчину и Женщину он.

И молвил: «Господень звучит камертон

Как ветер в моём дымоходе».

О ЧЁМ ПЕЛА ПУЛЯ

О, радость творения —

Быть!

В полёте про всё

Позабыть!

Как бы не был кончен бой,

Скрыто солнце пусть пальбой,

Он назначен мне судьбой —

Полюбить!

Вижу я, где он стоит,

Одинок,

И нажать уже грозит

На курок,

Узнаю его черты,

Грациозной красоты,

Он лишь — цель моей мечты,

Мой дружок.

Это он — моя Любовь!

Он так смел!

Это я — твоя Любовь!

Твой удел!

Я блаженствую, мой свет!

Поцелуешь ли в ответ?

Почему ты не согрет

Среди тел?

ОДИНОКАЯ ГОРА

(кладбище, Сан-Франциско)

Гора — ужасный ад,

Где побывал Синдбад,

Влечёт магнитом;

На береге морском

Рок разбросал кругом

Суда по плитам.

Подходят корабли

Сюда со всей земли

В болтанке грозной;

Но у горы Судьбы

Все тонут без борьбы

Рано иль поздно.

Кого здесь только нет:

Баркас, что много лет

Шторма носили,

Ладьи, их в тот залив

Спокойный, просмолив

Вчера спустили.

Конец один для всех

На грозных скалах тех.