Я, помедлив, кивнула.

— И на тебе не было кучи побрякушек?

Я отвела взгляд.

— Нет.

— И тебя не приводил никто из Скверны, потому что ты работала я ямах?

Я резко подняла на него глаза, наверное, они уже покраснели, потому что в них постоянно жгло.

— Если ты знал, с самого начала, зачем выпытывал про работу в баре? Про мой шрам? Про то, как я оказалась на бою?

— Потому что не было похоже, что ты врала про бар, — прохрипел Чейз. Ему становилось всё хуже. — Мне было интересно, как ты там оказалась после работы в ямах. Это казалось полным бредом. Скверна не позволяет своим женщинам чего-то подобного. День, когда ставится метка — последний день их свободы. А ты… ты работала! Просто работала! Работала в баре, на ямах, вместо…

Чейз замолчал.

— Борделя? — помогла я.

Чейз кивнул, глядя мне в глаза.

— Я знаю, как у них всё устроено. Меченые не работают в ямах и барах.

Это потому что я дочь того, кто превратил тебя раба, только вот язык не поворачивается сказать об этом.

Я должна сказать об этом!

— Так это меня ты искала в Кресте? — усмехнулся Чейз, глядя в стену, и я замолчала на полуслове. — Зачем?.. — Он повернулся ко мне. — Зачем ты меня искала?

Он и вправду не понимает. На его месте, я бы тоже сочла всё это идиотской затеей. А саму себя идиоткой.

— Я думала, ты мне поможешь. — Мой голос был сухим и тихим. — Наверное, я тогда просто спятила. Потому что теперь понимаю, насколько бредовой была эта идея: ты никогда не был мне должен.

— Так ты спустила собак для того…

— Нет! — слишком эмоционально перебила я и коротко вздохнув, заговорила спокойней: — Я не знаю, почему их спустила. Тогда в моих планах точно не было операции по возвращению долга. Просто… так было надо, и всё.

Чейз протяжно выдохнул и замолчал.

Я подпирала спиной стену, продевая указательный палец в дырки на штанинах. В голове моей было пусто, как будто пронёсся ураган и вымел из неё все мысли.

— Иди сюда… — тихо произнёс Чейз и протянул ко мне руку.

Я зависла.

Он притянул меня к себе, обняв за плечи, и мягко заставил положить голову на свою тяжело вздымающуюся грудь, в прилипающей к телу пропитанной кровью и потом футболке.

— Слишком многое в твоей истории не сходится, — шептал он мне на ухо, — собственность Скверны, с характером самой большой стервы на свете. Девчонка с меткой, которая работала ямах и баре: вышибалой, барменом, кем ещё?.. Девчонка, прогнувшаяся под Скверну, угнала мотоцикл и протаранила им ворота, а потом на глазах у всех превратила Блейка в девственника? — Чейз хрипло усмехнулся. — Девчонка, которая получила два удара плетью, даже не пискнув… И та, которая не побоявшись наказания самой Скверны, выпустила собак в бойцовскую яму ради… ради кого? Ради меня что ли? Мы с тобой даже не были знакомы! Тебе жизнь, что ли совсем не дорога? — Чейз глубоко вздохнул и, давясь кашлем, добавил: — Сумасшедшая…

Он коснулся моих волос, потом нежно дотронулся до щеки.

— В одном я точно был прав: ты самая большая заноза в огромной заднице этого мира. Моя заноза.

Чейз уснул.

За это время я разодрала всю оставшуюся часть свитера в клочья и перевязала раны на его ноге, оставшись только в топе и куртке.

Восемь.

Восемь укусов на ноге и один на шее.

Ему конец.

Не знаю, сколько прошло времени, да и имело ли это время значение. Час, два, или три… уже всё равно ничего не изменить. Раньше Чейза не было в моей жизни, и я хорошо справлялась, скоро его не станет в моей жизни, и продолжу хорошо справляться.

Продолжу ли?..

Низкая дверь в стене со скрипом открылась, и я тут же подскочила на ноги. Больное коленка подогнулось от боли, но я тут же выпрямилась — это не помешает мне драться.

Трое в жёлтых костюмах, с запотевшими пластиковыми квадратами на уровне лиц, шагнули внутрь. Они пришли за Чейзом.

Один из них двинулся ко мне. И получил удар с ноги в живот. Второй успел заломать мне руки, и воткнуть что-то твёрдое в спину, велев не дёргаться.

— Куда вы его тащите? — заорала я вслед двоим в костюмах, выволакивающим Чейза из контейнера. — Эй! Куда вы его тащите?!!

Меня отпустили и прежде, чем я успела врезаться всем телом в дверь контейнера. Она захлопнулась перед моим носом, а я лишь получила удар в укушенное тварью плечо.

Дни, часы, минуты, секунды. Какое это всё имеет значение в этом проклятом всеми богами мире?! Долбанное капание долбаной воды с потолка — вот, что сводит с ума!

Вонь и гортанное рычание тварей за решёткой в стене — вот что дополняет идеальную картину моего идеального отчаяния! И Чейз. Чейз, который превращается в одного из них — вот, что сейчас по-настоящему важно.

Я изгрызла ноги до мяса, пока придумывала план побега. Пока придумывала, как мне вытащить отсюда Чейза и где вообще его теперь искать. А ещё я пыталась подумать хоть одно объяснение тому, кто эти люди и зачем им твари? Зачем им Чейз?! Они ведь не убьют его, потому что он уже почти один из тех, кого они собирают вместе и сажают в клетки. Твари нужны им! Только если эти люди потом не собираются полить эти клетки бензином и сжечь.

Что я имею? Решётка, дыры в потолке и запертая дверь.