Нарастающее чувство было уже не злостью, на грани гнева, а гневом в чистом виде. Женя даже невольно оскалилась, будто бы готовясь, в крайнем случае, загрызть врага, а на затылке у нее шевельнулись волоски. Это было дико и страшно даже для самой Жени, но побороть инстинкт она не могла. Он был сильнее любого влечения или страсти. В голове стало не то чтобы мутно, Женя отлично понимала, что ведет себя ненормально, но что она могла поделать?

Женя приняла боевую стойку (не ведомую ни одному мастеру восточных единоборств, зато с рождения известную любому хищнику) и приготовилась броситься на противника, едва он откроет дверь.

«Ну, точно — превращаюсь в зверя! Узнать бы, кто меня укусил! Может, Кощей виноват? Он был еще тем животным. Хотя, нет, все эти странности начались до того. Наверное, мать права, это наследственное. Просто пришло время сойти с ума, вот и двигаюсь по фазе…»

Враг приближался медленно, гораздо медленнее, чем человек, идущий по лестнице, и это немного сбивало с толку. А что, если это действительно иллюзия? Игра больного воображения?

«Но ведь друг прорывался, и это не было игрой! Почему же враг — игра? А быть может, так я реагирую на крушение надежд?»

Гнев начал уходить, и Женя занервничала. Нет, все-таки дело было не в обманутых ожиданиях. Враг существовал и был уже где-то очень близко.

«Надо взять себя в руки! Ну и пусть тот, кто войдет в эту дверь, теоретически будет врагом. Что он, сразу начнет душить полотенцем? Зачем так сразу на него кидаться? Мало ли в мире врагов. Если все будут друг друга грызть, что получится?»

Женя немного расслабилась, села на ковер и закрыла глаза. Этому ее тоже никто не учил, но ровно через минуту девушка выровняла дыхание и погрузилась в легкий транс.

Десятиминутная медитация оказалась на удивление эффективной. Гнев ушел, в душе воцарилось спокойствие, а мысли стали ясными, как хрусталь.

Когда дверь наконец открылась и в комнату вошли пятеро мужчин, Женя была уже в полном порядке. Она по-прежнему чуяла врага, знала, что это один из стоящих перед ней людей, но почти не жаждала его крови. Так, самую малость.

Женя медленно поднялась и обвела спокойным взглядом делегацию. Пожалуй, одного можно было сразу исключить из списка подозреваемых, даже двоих. Оставались трое, один из которых — враг.

Затаившийся гнев дал знать о себе, неприятно кольнув изнутри. Женя стиснула зубы. Мужчины молчали, внимательно разглядывая пленницу и словно бы ожидая что первой нарушит тишину именно она. Женя не поддалась на провокацию и тоже продолжала хранить молчание.

Чем могла закончиться эта игра в молчанку — неизвестно. На самом деле она закончилась довольно неожиданно. Кто проронил безобидное: «Привет», Женя не поняла. Кто-то из пятерых. Кто-то из пятерых, и этот кто-то был тем самым врагом. Звук его голоса мгновенно похерил все результаты медитации, сорвав «направленным взрывом» крышку с ящика Пандоры и выпустив на волю упрятанный туда гнев.

Женя мгновенно потеряла самоконтроль и кинулась на «гостей» с кулаками. Кто из них враг, она так и не вычислила, но теперь ей было не важно. Порвать всех, и точка!

Осуществить замысел ей помешало одно весомое обстоятельство: встречный удар огромным кулачищем прямо в лоб. Причем вовсе не от одного из тех, кто попадал под подозрение. В глазах резко потемнело, и Женя мешком рухнула на пол.

Бывало, конечно, всякое, и взрывы перед входом, и другие неприятности, но такого безобразия в здании на Лубянке Джонатану не доводилось видеть даже в тридцать седьмом. Офицеры и служащие толпились на улице, спецназ планомерно «зачищал» кабинеты и коридоры, а у самых важных помещений стояли усиленные посты. Препятствовать разведчику никто не стал, но и внятных комментариев Джонатан не дождался, всем было не до того. Оставалась одна надежда — на майора Федотова. Найти его было почти нереально, но Джонатану повезло, майор сам нашел разведчика.

— Привет! — Федотов вынырнул из какого-то кабинета и махнул Джонатану рукой. — Я так и знал, что ты приедешь.

— Что тут стряслось? — Джонатан пожал ему руку.

— Диверсия, — Федотов ответил спокойно, как на вопрос о погоде: «всего лишь дождь».

— Дела-а, — разведчик оглянулся. — Серьезная группа прорвалась?

— Вот об этом я и хотел поговорить, — майор взял «полковника» под локоток и отвел в сторонку. — Похоже на твою тему. Поможешь разобраться?

— Почему ты решил, что это моя тема?

— Сам посуди: кто-то пытался с боем проникнуть в наши «закрома», но видеокамеры ничего не зафиксировали. Не потому, что диверсанты их вырубили, просто не зафиксировали, и все. Наших засняли, а противника — нет. Представь, как это выглядело: народ мечется, натыкается на что-то невидимое и, получив по первое число, улетает метра на три. И так на всех этажах по ходу движения. Насколько я понимаю, убийцы-невидимки — это как раз твой профиль?

— Интересное кино, — Джонатан хмыкнул. — Профиль мой. Только хотелось бы уточнить, «по ходу движения», с какой целью происходила эта раздача слонов?