Дед ткнул пальцем в окно, что выходило на улицу. Отсюда хорошо была видна угловая вышка в заборе. Сверху ее венчала будка с открытой площадкой. На площадке лежало тело, почти полностью скрытое черным плащом. Ветер слегка теребил его полы, но сдернуть никак не решался.

– Вот это мумия и есть, - сказал дед.
– А ружьишко его упало вон туда.

Внизу, в огороженном дворике, был то ли склад металлических изделий, то ли их же свалка. Из-под штабелей железяк произрастала крапива. Местами выше штабелей вымахала. Чем дальше от ворот, тем меньше порядка наблюдалось, а под вышкой полный бардак был. Железяки просто свалили грудой и та не рухнула только потому, что опиралась на забор.

По дворику бродили зомби. Никуда не прыгали, не бегали и вообще перед каждым шагом, казалось, выбирали, куда ногу поставить. Однако, понаблюдав за ними немного, Кирилл никакой осмысленной деятельности не подметил. Мертвецы просто мигрировали туда-сюда, изображая наглядное пособие по броуновскому движению. Их было много.

– Ты что, хочешь забраться туда?
– спросил Кирилл, заметив, что и дед приглядывается.

Тот кивнул, и уверенно добавил:

– И выбраться тоже.

– Это будет непросто.

– Было бы просто - уже бы сбегал. Но уж больно ружьишко хорошее.

– Дед, не дури, - попросил Кирилл.
– Сожрут и не подавятся.

Старик вздернул подбородок.

– Ха! В сорок четвертом меня немцы по лесам уже гоняли. Думали, коль я один, так справятся. А вот не вышло. Тоже двое было. Отобрал у них мотоцикл, парабеллум и погнал в шею из лесу.

– Тогда ты был моложе, - напомнил Кирилл.

– Так и немцы не такие задохлики были. Один - лейтенант СС, между прочим, - тут засвистел чайник, и дед выключил газ: - Вот что, красавицы, вы тут похозяйничайте. Чай, сахар вон в коробке, а там под пультом колбаска припрятана. Хлеба, извините, нет.

Пока Катя резала тесаком колбасу прямо на пульте, а Кристина заваривала в кружках чай, старик, не отрываясь, смотрел во двор. Кириллу это не понравилось. Его дед был упрямым человеком, а мертвецов там хватило бы на целую роту.

Про свои похождения в лесах, когда он в бытность еще рядовым морской пехоты отстал от отряда, старик рассказывал часто. Количество изгнанных немцев варьировалось от одного человека до целого батальона, в зависимости от запала и принятого на грудь, но поскольку трофеями неизменно оказывались один парабеллум и один же мотоцикл, то Кирилл для себя считал реальное число врагов за одного. Мертвецов было намного больше и на предложение уносить ноги пока целы они наверняка ответили бы отказом. В отличие от благоразумного лейтенанта СС, которому еще было что терять.

– Ладно, - проворчал старик.
– Что я всё о себе да о себе. Вы-то как выбрались?

– Не иначе, чудом, - отозвалась Катя.
– И стараниями вашего внука. Вот, держите.

Она передала кружку старику. Другую пустили по кругу, закусывая чай колбасой. Между делом поведали о своих похождениях. Едва рассказ дошел до письма, как дед сразу спросил: не потерялось ли оно?

– Да куда оно денется, - отозвался Кирилл, вытаскивая конверт на свет.
– Вот. Даже посмотреть что там времени не нашлось.

– Дай-ка, - сказал дед.

Кирилл протянул ему конверт. Старик повертел его в руках.

– Запечатано, - сказал он.
– Стало быть, бумага казенная. Вот и не открывайте. Как есть, несите ее этому Холодову. Будете связными.

– Мы, вообще-то, лица гражданские, - заметил Кирилл.

– То-то и оно, что гражданские, - проворчал дед.
– А с этой бумагой вас как своих примут. На войне как на войне, Кирилл, запомни это. Беженец - одно дело, а связной с депешей - совсем другое. И накормят, и пригреют, да и польза делу от вас будет, а это тоже важно. Так что берегите бумагу.

Он вернул конверт Кириллу и тот под строгим взглядом деда сложил его вчетверо и запихал в карман джинсов. Не слишком удобно, зато надежно.

– Слушайте, - сказала Катя.
– А помните ту рыжую? Может, мертвецы собирают таких как она, чтобы этих мумий делать?

Кристина отрицательно покачала головой.

– Для мумификации нужно куда больше времени, чем прошло с начала Армагеддона. Да и потом, собирательство - это уже разумная деятельность, а все прочие зомби особым умом не отличались. Но ты права в том, что в обоих случаях наблюдается отклонение от общего стандарта.