– Всему есть свое предназначение.

– Наверно, – согласился я. – Только я не понимаю.

– Не многие понимают, когда приходит час испытания.

– По-моему, я провалил этот тест.

– Думаешь? Может быть. Но так же возможно, что время настоящего испытания еще не пришло. Кто знает? Я много думал о том, что ты сказал в Галифаксе. Для Сэмсона действительно было важно, чтобы ты узнал о нашем падении.

– Может, он просто хотел, чтобы я осознал, какую кашу заварил.

– Неужели ты так мало узнал о нас, Кропп? Эта, как ты выразился, «каша» принадлежит тебе не больше, чем мне. Не терзайся мыслями о своей вине и потерях, Альфред. Ни одна победа не была одержана и ни один великий поступок не был совершен тем, кто погружен в скорбь и считает себя недостойным. – Беннасио похлопал меня по плечу и встал. – Извини, я должен переговорить с мистером Арнольдом.

И он ушел в кабину пилота. Я зевнул и посмотрел в иллюминатор. Много неба и много воды – вот и все, что я увидел. И еще за крылом что-то поблескивало в лучах заходящего солнца. Наверно, еще один F-16. Я снова зевнул. Странно, вроде проспал несколько часов, а все равно клонило в сон.

Беннасио долго не было, но он улыбался, когда вернулся.

– Что? – спросил я.

– Она жива, – коротко ответил он и сел на скамью рядом со мной.

– Это здорово, – сказал я. – Беннасио, мне нужно извиниться. Я должен был удерживать ее в той комнате, но она врезала мне коленом в пах.

Я чуть не сгорел от стыда, когда признался. Хороший же из меня вышел оруженосец.

Беннасио вяло отмахнулся. Я не понял, что это значит.

– Она ваша жена? – спросил я.

– Она моя дочь.

– Надо же. – Я не знал, что сказать, поэтому просто брякнул: – Она красивая.

Беннасио никак не отреагировал, глядя в иллюминатор.

– Похоже, мы заходим на посадку, Кропп. Не говори Майку о мече.

– Это запросто, я ведь о нем почти ничего и не знаю.

– В этих поисках Майк наш союзник, но мы странные партнеры.

– Это как?

– Ты, конечно, уже понял, что завладеть мечом жаждут не только люди зла. Этот меч – абсолютное оружие. На него нет управы.

– Я думал об этом, – сказал я. – Мистер Сэмсон говорил, что армия с этим вашим мечом будет непобедима. Но разве нельзя просто взять и сбросить на нее ядерную бомбу?

– Ни одно созданное человеком оружие, каким бы оно ни было смертоносным, не в состоянии повредить меч, – ответил Беннасио. – Альфред, я не знаю, что произойдет именно в этом случае. Мне лишь известно, что меч нельзя ни одолеть, ни уничтожить.

– После смерти дяди Фаррела мне приснился сон. Скорее, кошмар.

И я рассказал Беннасио об армии безликих солдат и всаднике на черном коне; о том, как он вонзил меч в дымящуюся землю, как падали самолеты и взрывались танки, а солдаты с криками бежали от ослепительного света, который исходил от меча.

Когда я закончил, Беннасио долго и пристально смотрел на меня, а потом произнес:

– Интересные сны тебе снятся, Альфред Кропп. Давай помолимся, чтобы они не оказались пророческими.

Когда мы приземлились во Франции, на краю частной взлетно-посадочной полосы нас ожидали две машины. Возле них стояли трое мужчин в черных костюмах и солнцезащитных очках. Спускаясь по трапу, я поднял голову и увидел, как в небе пронеслись два истребителя F-16.

– Вы, ребята, наверное, порядком измотались, – заметил Майк. – Поехали. Это недалеко, обещаю.

Он распахнул заднюю дверцу. Я посмотрел на Беннасио. Он кивнул, и я забрался в салон. Беннасио устроился рядом, а один из парней в черных костюмах сел за руль. Майк занял пассажирское место. Другие два парня поехали за нами во второй машине.

Майк открыл бардачок и достал оттуда что-то черное, похожее на ветошь.

– Эл, – обратился он ко мне, – я правда не хочу это делать, но место секретное, понимаешь?

Он перегнулся через спинку и, прежде чем я успел поднять руки, надел мне на голову тряпичный мешок. В нем ничего не стало видно, и я попытался сдернуть его, но кто-то положил руку мне на плечо. Беннасио. Он словно говорил: «Все нормально».

– Надеюсь, вы голодные, – продолжал болтать Майк. – Вчера к нам присоединился Джефф из Стамбула. Он чертовски хороший повар. Мы сначала заморим червячка, а потом примете душ и переоденетесь. Вам это не помешает. Тебе особенно, Эл, ты выглядишь так, будто тебя пожевали и выплюнули.

– Где Могар? – спросил Беннасио.

– Понятия не имею.

Майка это вроде не особенно парило, но он мог скрывать свои чувства, не расставаясь с жвачкой.

– Мы знаем, где его нет. В Хативе. Наши ребята побывали там вчера. Все обшарили. Но Могар и его люди к этому времени уже свалили. Наши обнаружили Сэмсона. Или то, что от него осталось. Жуть какая-то. Вы, ребята, работаете на совершенно другом уровне. Что это за чертовщина?

Беннасио молчал. Я не понял, о чем толкует Майк. Что такого жуткого сделал Могар с Сэмсоном?