– Солнце клонится к закату, – ответил Михаил и навалился на весла.

Глаша опустила руку за борт и, к удивлению, коснулась воды. Лодка была перегружена и сильно осела. Видимо, не была предназначена для трех человек.

Норилка питается многочисленными притоками, вытекающими из тундровых озер, которые служили нерестилищами для ценных пород рыб. Ее глубина в период подъема воды позволяла заходить океанским судам с грузами для Норильска. Она впадает в озеро Пясино, из которого вытекает единственная река Пясина, впадающая в Карское море. В реке обитали ценнейшие породы арктических рыб.

В настоящее время близость Норильского комбината привела к экологическому загрязнению реки, и рыба постепенно исчезла. Такая же участь постигла и озеро Пясино. Чистейшая вода озера, подпитывающаяся тающими снегами из окружающей тундры, стала иметь зеленовато-серый цвет.

Глаша рассматривала низкие берега широкой реки, протекающей среди тундры. Многочисленные острова покрывал лиственный лес, уже пожелтевший. Природа готовилась к полярной зиме. Навстречу шел сухогруз, сверкая на солнце надстройкой, выкрашенной в белый цвет. Михаил развернул лодку носом к волнам, поднятым теплоходом, и она закачалась на набегающих волнах. С поверхности воды иногда взлетали табуны уток, напуганные приближающейся лодкой.

Неожиданно берега исчезли, лодка вошла в огромный водоем, ширина которого превышала десять километров. Озеро Пясино – одно из крупнейших на Таймыре, его длина около семидесяти километров. Свое название оно получило от окружающей местности. На ненецком языке «пясина» означает «безлесная земля» – тундра. Оно ледникового происхождения; берега, в основном, пологие, заболоченные. Только восточный берег возвышен и был покрыт смешанным лесом. К нему и предложил Костя направить лодку.

Еще издали на кромке смешанного леса на невысоком берегу показалась небольшая избушка. Лодка ткнулась носом против избушки в пологий берег, на котором всюду торчали из песка крупные булыжники. Около избушки рыбаков встретили две крупные собаки, они не лаяли, но своим видом показывали, что они здесь хозяева и не рады незваным гостям. Глаша отступила назад и стала за спиной отчима. Костя назвал собак по кличке, они завиляли хвостами, но с места не двинулись.

– Собаки не хотят пускать нас в избушку, – произнес Михаил.

– Пустят, – ответил Костя и, развязав рюкзак, достал две вяленые рыбины, которые дал ему Николай для собак.

Собаки, почуяв еду, веселее завиляли хвостами.

– Урман, иди ко мне, – позвал Костя, протягивая псу рыбу.

Тот медленно подошел к нему, взял в зубы сига и, отойдя в сторону, принялся за еду.

– Тайга! – обратился Костя ко второй собаке. – Тебе надо особое приглашение?

Собака с места не тронулась. Тогда он бросил ей рыбину. Она приняла подношение и тоже отошла в сторону.

– Кобель умнее, – сказал Михаил.

– Как знать. На охоте Тайга балом правит, – ответил Костя.

Путь к избушке оказался свободным. К домику был пристроен навес, под которым лежала перевернутая небольшая лодка и чурбан для колки дров. В избушке пахло затхлостью. У маленького окошка стоял грубо сколоченный столик, нары вдоль одной из стен покрывал слой сена. Вот и вся обстановка.

– Обоснуемся до вечера под навесом, а избушку проветрим, – предложил Костя.

Полярное солнце склонялось к горизонту. Стоял период очень коротких белых ночей – конец полярного лета, когда солнце ненадолго скрывается за горизонтом и вскоре вновь выкатывается из-за него. Костя подал Глаше котелок:

– Сбегай за водой, а я разведу костер.

Она с удовольствием побежала под уклон, разминая ноги, затекшие от долгого сидения в лодке. Когда начала зачерпывать воду, раздался шум. От неожиданности вздрогнула и подняла голову. Над ней пролетел табун крупных птиц. «Какие большие гуси, – подумала она, – по величине не меньше наших в Идринском».

Подавая котелок с водой, Глаша спросила:

– Вы видели, какие крупные гуси пролетели?

– Летели белолобые гуси, они не самые крупные. Гуменники крупнее, – ответил Костя.

– Как вы угадали, какие гуси летели?

– У белолобых гусей белое пятно на лбу и черные пятна на брюхе.

Рано утром Костя и отчим взяли лодку, лежащую около избушки, и понесли к воде. Лодка оказалась очень легкой.

– Такую лодку можно одному носить, – сказал Михаил.

– Колян ее таскает на озера, на которых охотится.

Отплыв от берега на несколько метров, Костя почувствовал, что лодка неустойчива, и произнес:

– Давай вернемся на берег и поплывем на лодке, на которой приплыли. Эта – для одного человека, вдвоем мы сети не поставим.

Пристав к берегу, рыбаки пересели в большую лодку и поплыли ставить сети.

Глаша принялась готовить еду. Она замочила сушеную картошку и морковь, приготовила макароны и тушенку. Пока овощи размокали, отправилась вдоль берега посмотреть окрестности. Между камней на тонких длинных ножках росли синие цветочки, напоминающие колокольчики. Ей захотелось нарвать букет, и она протянула руку к стебельку цветка. В это время цветок задрожал от налетевшего ветерка, и девочка отдернула руку. Ей показалось, что цветок испугался ее намерения сорвать его.