– Алекси. Вызов прозвучит из дома моей семьи. Поверь, это можно осуществить. Отец все устроит. И это вполне безопасно.

– Хорошая идея. Умная. Но как мы нажмем кнопку?

– Подумаем.

Он остановился. Выглянул в окно.

– Нужно покончить с этим, Лайла.

– Знаю.

– Я хочу прожить жизнь с тобой.

Не дождавшись ответа, он оглянулся.

– Я собираюсь добиться этого. Но мы не можем начать все вместе, пока это не сделано. Что бы ни произошло с Вазиным, мы покончим с этим.

– Ты о чем?

– Мы не будем блефовать при торговле за Маддок. Нажмем кнопку, если он откажется обменять ее. Выдать. А остальное – дело копов.

– Мы оба знаем, захочет ли она поохотиться на нас. В этом отчасти и все дело.

– Она должна сначала найти нас. Ты можешь писать в любой точке света. Я могу рисовать в любой точке света. Мы можем отправиться куда угодно. При первой же встрече я разглядел в тебе цыганку. Будем цыганами.

– Ты не захочешь этого.

– Я хочу тебя. Снимем коттедж в Ирландии, виллу в Провансе, шато в Швейцарии. Множество новых мест для тебя, множество новых холстов для меня.

И она… каждое утро на кухне. Короткий тонкий халатик и многофункциональный инструмент.

– Рано или поздно ее или схватят, или убьют, – сказал он. – Но пока, если получится не так, как мы задумывали, найдем другой вариант. Посмотри мир вместе со мной, Лайла.

– Я…

Маленький пузырек паники лопнул в горле.

– У меня свой бизнес.

– Мы можем его сохранить, если хочешь. Но подальше от Нью-Йорка. Уедем так быстро, как сумеем. Подумай об этом, – предложил он. – Мир велик. Я собираюсь позвонить Алекси, начать подготовку. А потом ты посидишь для меня час-другой. Может, узнаем, не хотят ли Джули и Люк вместе пойти на ужин. Ненадолго выйти из дома.

– Было бы неплохо. Но тебя не тревожит, что нас не будет дома?

– У него нет причин посылать за нами свою суку, если он хочет встретиться со мной. Посмотреть, что я предложу. В восемь вечера, тебе подходит?

– Прекрасно. Думаю… это… о, боже!

Она прижала пальцы к глазам.

– Его сука.

– Что на этот раз?

– Только не злись. Ты немного пугаешь меня, когда злишься. Потом начинаю злиться я и тоже могу быть немного пугающей. А это и без того страшно.

– О чем это ты, черт побери?

– Она звонила. Маддок. Она мне звонила. На мобильный. Она мне звонила.

Веселое недоумение мгновенно сменилась холодной яростью.

– Когда?

– Пока тебя не было. Но не думаю, что она ждала, когда я останусь одна. Вряд ли это имело значение.

– Почему ты мне не сказала? Черт возьми, Лайла.

– Я собиралась, я… уже взяла телефон, чтобы тебе позвонить, но тут пришел твой отец. И он вовсе не рад был меня увидеть. Эта ситуация сбила меня. А потом ты вернулся… И все просто вылетело у меня из головы. Ну вот, теперь я тебе говорю про этот чертов звонок. Я совсем не пыталась сохранить его в тайне.

Он снова сел, положил руки на ее плечи.

– Перестань. Дыши.

Она глубоко вдохнула, заглянула в его глаза. Он стал растирать ее плечи, и крохотные пузырьки истерии, поднимавшиеся в горле, лопнули и растаяли.

– Я как раз закончила накладывать базовый слой. Телефон зазвонил. Это была она. Она намеревалась испугать меня, и это ей удалось. Хорошо, что это было не по скайпу, и она не видела моего лица. Она спросила, понравилась ли мне Италия. Я попыталась войти в роль Кейли, ну знаешь, что получаешь, то и отдаешь. В свою очередь я спросила, понравилась ли Италия ей и прошлась насчет убийства арт-дилера. Может, не стоило, но ей стало не по себе.

– Дай мне свой телефон.

– Мой… ах, я глупая! Я даже не проверила номер. Все случилось так быстро! Но я записала почти весь разговор. Вспомнила о диктофоне.

– Конечно, записала. И, конечно, вспомнила.

– Потому что никогда не узнаешь, что пригодится. Но твой отец позвонил сразу после того, как она отключилась, и все завертелось.

Она протянула ему телефон.

– Номер не определился, – сказал он, проверив входящие.

– Вряд ли она думала, что я позвоню и мы мило с ней поболтаем. У нее был одноразовый телефон. Все, кто читает детективы или смотрит телевизор, это знают. Она хотела припугнуть меня. И припугнула.

– Что она тебе наговорила?

– Все записано. Можешь послушать.

– Сначала скажи, а потом я послушаю.

– Очень много насчет того, что убьет меня. Я совершенно уверена, что она как-то обозвала меня по-китайски. Но это нужно посмотреть в словаре. Теперь это для нее не работа. Я же все ей испортила и к тому же ее ударила! И напомнила ей об этом. Даю слово, я собиралась позвонить тебе – и в полицию, но тут появился твой отец. А я была в каких-то обносках, и хуже этого ничего не придумаешь.