Чейз тяжело и протяжно вздохнул, подхватил с пола мой рюкзак и принялся выворачивать всё его содержимое на пол.

— Если бы у меня был пистолет, то я бы пустила тебе пулю в затылок, — проскрипела зубами я, следя за его действиями.

— Хорошо, что я его у тебя забрал.

— Когда-нибудь, я его верну.

Чейз подобрал сложенный в четверо, пожелтевший кусок бумаги и выпрямился. Кажется, мне уже во второй раз мерещиться, что уголки его губ приподнимаются в улыбке, в то время, когда глаза уничтожают всё вокруг. Сумасшедший парадокс.

Я тоже поднялась, не собираясь сдавать позиций:

— Я хочу видеть Дакира.

— Рад за тебя.

— Отведи меня к нему!

Чейз уже был на пути к выходу, но всё же остановился и повернул голову. Его волосы упали на глаза, и я не видела, что творится в них сейчас.

— До завтрашнего вечера тебе не разрешено покидать это крыло.

— А потом? Ты придёшь за мной и проводишь в новую комнату? — выплюнула я, в усмешке дёрнув плечами. — Ты вообще в курсе, что меня распределили в блок пятого отряда?

Чейз развернулся ко мне всем телом, и я ничего не могла прочитать по его лицу. Его грудь напряглась, натянув чёрный свитер, на руках проступили вены.

— Чушь! — рявкнул он.

Я зацокала языком и слегка помотала головой:

— Не думаю. Хотя данная перспектива нравится мне не больше твоего.

Ещё одна долгая пауза.

— Сомневаюсь, — выплюнул Чейз и вылетел из палаты.

Глава 17

Вечера следующего дня я ждала, как рождества лет пятнадцать назад. Днём Кира сделала мне перевязку, провела инструктаж касательно того, что мне можно, а что нельзя (того, что можно, было скудно мало), рассказала, куда приходить к ней для дальнейших обработок ран и, пожелав удачи, выпорхнула за дверь.

Санта, то есть Чейз, явился по мою душу, едва осеннее солнце окрасило небо в цвет заката. И не то чтобы я ждала конкретно его появления, я ждала освобождения из этой палаты. Заточение сказывалось на мне ужасным образом, кажется, я даже отупела! Мне срочно нужна была смена обстановки и свежий воздух.

Чейз был одет всё в тот же чёрный, обтягивающий рельефы тела, свитер, тёмно-синие потёртые джинсы с дырами на коленях и в большие военные ботинки. Его волосы были влажными и растрёпанными и, не смотря на то, что он полный кретин, мне это безумно нравилось. Но вот кислая мина на его каменном лице просто-таки умоляла врезать по ней. И я бы с удовольствием оказала ему эту услугу, если бы последствием сия действия не стало бы моё очередное заключение в этой палате со сломанным позвоночником.

— Пошли! — рявкнул он.

О да! Сегодня настроение этого красавчика просто сносит крышу!

— Обожаю, когда ты такой милашка! — Я всё не сдержалась.

Ноздри Чейза раздулись.

— Сегодня не лучший день, чтоб рисковать жизнью, — прорычал он.

Я застегнула молнию на рюкзаке, взяла за шлейки и поднялась с кровати.

— А твои шутки так воодушевляют! — Я улыбнулась так широко, как только могла. — Прошу вас, надзиратель, проводите меня в мою новую камеру.

Чейз взглянул из-под бровей:

— Дакир ждёт, иди за мной.

Он вышел из палаты так быстро, что я не успела ляпнуть ещё какую-нибудь гадость, поэтому просто попёрлась следом.

Чейз вёл меня в штаб. Побывать там у меня ещё не было возможности, но, если честно, я туда и не собиралась. И почему меня вообще ведут в штаб? Разве это не должно быть какое-то крутое сверхсекретное место, куда допускаются лишь самые доверенные лица?.. Моё лицо определённо не подходит под этот критерий. И всё-таки Дакир очень странный.

Если моя палата, как я недавно узнала, находилась в старом четырёхэтажном здании школы, ставшем больничным корпусом сектора обороны, то местонахождением штаба служило бывшее здание банка. Я уверена, что попасть в него можно было бы и пройдясь по улице, но Чейз повёл меня через длинный, мрачный коридор, освещая дорогу керосиновой лампой. Этот проход напоминал узкий каменный наземный тоннель. Я видела его из окна палаты. Кира сказала, что такие тоннели были выстроены между всеми крупными зданиями в Кресте, для того, чтобы при атаке тварей можно было добраться до соседнего сектора способом, исключающим передвижение по улицам. Входы во все тоннели были закрыты, а ключ находился у ответственного за определённый участок сектора. Видимо ответственным за этот участок был Чейз. И, кажется, он просто продолжает измываться надо мной, раз повёл через тоннель, не позволив набрать полную грудь свежего, по нынешним меркам, воздуха.