— Раз покупает — значит так надо — философски сказала Вика — За свои ведь, нам-то что?

Герман на это ничего не сказал, видимо, не счел нужным объяснять свои действия кому-либо.

Внутри, за воротами, все было еще лучше, чем казалось снаружи. Даже воздух, казалось, здесь другой — какой-то особенный, не из этого века.

— Молодцы — вновь одобрительно отозвался о владельцах этого места Герман — Вот прямо — молодцы. Очень антуражно. Но вот во всем остальном они, конечно, прокололись, чего уж тут.

— Прокололись — не то слово — поежилась Вика — Тут же все пропахло призраками, вы чего, не чувствуете этого что ли?

– 'Пропахло призраками' — Герман ухмыльнулься — Как поэтично. Призраки не пахнут, мертвые не потеют.

— Все ты понял — Вика приложила руку ко лбу и уставилась на шпиль костела, что-то шепча себе под нос — Однако! У них тут и Вестник есть!

— Вестник? — глянул на Германа Колька.

— Вестник? — оперативник покачал головой, явно с уважением — По серьезному расположились ребята, чую, непростая у нас с ними беседа будет.

— Когда призраки занимают какое-то место — например, нехороший дом или что-то вроде того, что мы видим здесь, то они какое-то время еще живут на птичьих правах — пояснила Кольке девушка — Их может выгнать не то что специалист вроде нас, а даже не очень сильный экстрасенс или священник, ну, если он, конечно, крепок в вере. А вот когда призраки обживутся на этом месте и заберут чью-то душу, то они сажают на самую верхнюю точку этой самой местности, где они осели, Вестника. Это тот дух, который первым на новом месте жительства взял человеческую жизнь. С этого момента он главный страж их дома, он знак того, что это место занято… В общем, что-то вроде дорожного знака и гаишника в одном лице. И он меня заметил.

— Как у призраков все непросто — удивился Колька — Я-то думал, что они все сами по себе. Нет, я помню того пакостного товарища, которого зимой видел, но там-то другое было, Москва, и все такое… А тут прямо государство в государстве.

— Ну, не надо уж слишком сильно идеализировать жизнь заупокойных сущностей — посоветовал парню Герман — Поверь, нет у них никакого общественного строя. Каждый у них сам за себя, это скорее коллективно — бессознательное, хотя старший у них, разумеется, наличествует и его приказы имеют вес. А Вестник… Таковы традиции, они были до нас и будут после нас.

День клонился к вечеру, народу в городе — призраке прибавилось. Судя по всему, информация об исчезновениях в народ не ушла, каким-то образом ее удалось сохранить в тайне, по другому наличие здесь мамаш с детьми объяснить было нельзя.

— Вик, не тяни — попросил Герман, глянув на небо — Пока пообщаемся, пока поторгуемся — ночь настанет. И потом — есть охота.

— Таверна на той стороне улицы — сказал проходящий мимо сотрудников отдела мужчина в сюртуке и в треуголке, как видно — один из статистов — Меню скромное, но хорошее, и цены приемлемые.

— Спасибо — поблагодарил его Колька, поскольку Герман этого делать явно не собирался.

— Еда — это потом — проворчал оперативник — Сначала надо девку вытащить. Хотя… Потом она нам поесть не даст, знаю я таких девиц.

— Ой, да ладно — Вика махнула рукой — Она сейчас как овощ. Добро, если вообще в себя придет.

— А те ребята вроде нормальные были после того как с призраками пообщались — вставил свое слово в разговор Колька.

— Какие 'те'? — Вика вздохнула — Если у тебя в голове все по полочками разложено — это хорошо. Но я у тебя в голове не живу, потому знать всего не могу.

Колька понятливо кивнул и рассказал девушке о зимнем приключении в центре Москвы, в котором он принимал участие.

— Ты не ровняй серые московские тени и местных призраков — очень серьезно посоветовала ему Вика — Это все равно как сравнивать гастера — нелегала и туриста из Швейцарии. Та нежить, что в переулке детей воровала — они существуют в тенях и нос высунуть лишний раз из них бояться. Их силенки только и хватит на то, чтобы ребенка стырить или напугать кого, чтобы хоть пригоршню эманаций получить. А тут вполне себе серьезные духи, с характером и силой.

— Везде есть иерархия — добавил от себя Герман — Неважно — люди это, жуки или травы. И у этой публики тоже. Вика, давай, не тяни.

— Ты готов? — девушка глянула на оперативника, тот кивнул головой.

— Коля, ты все помнишь — перевела она взгляд на парня — Имя свое не называть, обещаний не давать, с ними идти никуда не соглашаться, на провокации не поддаваться. Вообще в идеале будет, если ты молчать всю дорогу будешь.

— Запросто — сморщился Колька — Мне с моим зубом особо поговорить и не удастся.