Герман остановился и повертел головой -

— О, вот она — оживился он и потыкал пальцем в вывеску 'Хачапурная' на противоположной стороне улицы — Ты как насчет хачапура? Я бы сейчас аджарский съел, ну, тот который лодочка с яйцом, и еще форель с картошкой, она тут очень неплохая была, помнится. И пива бы выпил.

— Еда — сглотнул Колька. Он с печалью прошел уже мимо десятка 'Пирожковых' и 'Блинных', потихоньку начиная ненавидеть Германа, который знай пер вперед, как танк.

— Еда — подтвердил тот, и плюнув на правила дорожного движения, начал переходить дорогу, впрочем — достаточно пустынную в этот час — Просто у тебя уже так брюхо гукает, что мне перед прохожими неудобно становится. Да, ты как — майонез уважаешь?

— Я все ем — буркнул Колька.

— Ты понимаешь, в Питере его бахают во все подряд — объяснял Герман — И в мясо, и в овощи, и в горячие бутерброды, и в суп…

— Я тебя сейчас убью — пообещал другу Колька — Если не замолчишь!

— Нервные все стали — пожаловался Герман какому-то прохожему, и открыл дверь в 'Хачапурную' — Слова им не скажи!

— И не говорите — отозвался прохожий — Ужасное падение нравов!

Колька зарычал, и первым проскочил в теплое ароматное нутро харчевни, плюнув на все правила вежливости.

Носатенькая официантка по имени Лиана смотрела на Кольку с сочувствием. Оно и понятно — в небольшого по размеру парня влезло столько еды, что сразу и не поверишь.

— Еще что-то принести? — спросила она у Германа, допивающего третью кружку пива.

— Маглобт, ламазо — расплылся в улыбки он — Принеси еще бутылочку 'Лагидзе' моему другу, и заверни нам с собой три 'имерули'. Кто знает, где мы завтра ужинать будем? А так — я их разверну, вспомню твою улыбку, подумаю о том, что они помнят тепло твоих рук, и моя жизнь, до этого момента беспросветная…

— У меня есть сын, его зовут Бесико — с улыбкой ответила Лиана — А мужа нет. Мальчику нужен отец, и, если ты хочешь занять это место, — я буду рада. Ты красивый, сильный и нахальный, думаю мой отец не будет против твоей кандидатуры, хоть ты и не грузин. В ЗАГСе неподалеку работает сноха моего двоюродного дяди, Манана, так она нас распишет хоть завтра утром. И ты будешь кушать мои хачапуры каждый день, клянусь.

Колька с восторгом забулькал вкуснейшей газировкой с забавным названием 'Воды Лагидзе'. Он то с уважением смотрел на невозмутимую Лиану, то с злорадством на багровеющего Германа.

— Кхгм — откашлялся оперативник — Я подумаю, красавица, правда. Не каждый день такое предлагают, все-таки. А пока принеси этому обормоту еще бутылочку 'грушевки' и счет.

— А хачапуры? — Лиана мягко улыбнулась — Те, что будут помнить тепло моих рук? Нужны?

— Само собой — ответил за Германа Колька — Но я их сам съем, вкусноту такую, ему не дам!

— Правильно — одобрила Лиана — Ты худенький, тебе надо много кушать.

Герман цветом лица напоминал спелый помидор, и Колька ехидно посоветовал ему -

— Выдохни, а то помрешь с натуги!

— Однако — оперативник проводил взглядом Лиану, грациозно шагавшую к кухне — На такой и жениться можно, серьезно.

— Так в чем дело, женись — Колька допил газировку и печально посмотрел на пустой стакан — Вкусная какая. У нас такой нет.

— Браки — не для нас, старик. — очень серьезно сказал Герман — Никто и никогда в пятнадцатом отделе не умирает своей смертью, ты же знаешь. Ну, кроме Аникушки, он, по ходу, бессмертный, домовые живут столько, что представить невозможно. А мы — нет.

— Да ну тебя совсем! — рассердился Колька — Когда нужно — шутки шутишь, когда не нужно — ерунду мелешь. Что за предрассудки? А Тит Титыч?

— Титыч — Герман усмехнулся — Это он сам тебе сказал, что своей смертью умер?

— Да — кивнул Колька — Он.

— Ну — ну — Герман отхлебнул пивка — Ладно, зола это все. Давай, попей еще ситро, да пошли в отель, тут два шага в припрыжку осталось до него. Завтра будет интересный день.

— Хачапуры будут минут через пять — подошла к напарникам Лиана и поставила перед Колькой еще одну открытую бутылку газировки — Пей на здоровье.

— Спасибо — поблагодарил ее парень, и задал Герману вопрос, который не давал ему покоя — Слушай, а чего нас сюда выдернули? Разве тут нет своей такой службы, ну — вроде нашей? Город-то огромный, не меньше Москвы.

— Хочешь — верь мне, хочешь — нет — не знаю — Герман зевнул — Сам по первости этим интересовался, но так и не выяснил ничего. В прошлый раз, когда мы сюда с Палычем и Викой приезжали, ну, по 'эрмитажному' делу, с нами работал местный опер, из Невского РУВД.

— Да? — почесал в затылке Колька и забулькал фруктовкой, переливая ее из бутылки в стакан — Но он был в курсе?