Я внимательно вгляделась в Капитолий. Там был север. Нью-Остин находился на северо-западе, но я не знала, насколько западнее. Проведя рукой по лицу, я попыталась вспомнить старые карты Техаса. Я не могла соединить в воображении новые города со старыми. Мне нужна была карта, пусть даже давняя.

Ухватив Адди за руку, я взвалила ее на плечо, выпрямилась и застонала от тяжести. Скорее бы уж очнулась! Неизвестно, сколько мне удастся пройти с таким грузом.

Я с трудом двинулась вперед, ногу жгло огнем; сломанную руку я прижала к груди. Уложив Адди поудобнее, я для надежности придержала ее здоровой рукой за шею.

Наяву Капитолий был настоящей громадиной. Я слышала о нем и знала, что в нью-остинском районе рико построили копию, но не представляла, насколько жалкую. Массивное основание было увенчано огромным круглым куполом, а на самой верхушке виднелась статуя. В новой версии этой детали не стало.

На ходу я посматривала на здания, возвышавшиеся по обе стороны широкого проспекта. Я вспомнила, как мы с Каллумом мечтали посетить старые города, и отчаянно жалела, что его нет рядом. Уж он-то знал об этом месте намного больше меня.

На обочинах ржавели раскуроченные автомобили. Некоторые были брошены прямо посреди дороги.

Должно быть, это очень удобно — всегда иметь под рукой колесный транспорт. Сейчас он бы мне очень пригодился.

Доковыляв до конца проспекта, я обернулась на Капитолий и пошла на запад по тянувшейся перед ним улице. Мне очень хотелось зайти внутрь и посмотреть на то, что осталось, но я сочла рискованным посещение всякого здания. Все держалось на честном слове — не хватало еще быть похороненной заживо посреди мертвого города.

Достигнув сравнительно чистой улицы, я снова повернула на север. Здания здесь были просто огромными — в двадцать, тридцать этажей, с сотнями окон.

Имелись и разрушения, некоторые мостовые пострадали сильнее домов, но в целом все выглядело не так плохо, как нам внушали. Я думала, что Остин стерли с лица земли, но, похоже, он просто обезлюдел. Значит, все жители умерли от вируса КДХ?

Жаль, что они отвергли рибутов. Михей был прав в одном: мы сумели выжить. Возможно, мы остались бы в этом городе, если бы люди не ударились в панику. Сотни рибутов могли бы жить в этих домах, а не в палатках и наспех сколоченных хибарах.

Но корпорация жаждала власти, — наверное, ей больше нравилось строить собственные города и держать население за прочными стенами. А может быть, это и правда был единственный способ обуздать вирус и обезопасить людей. Откуда мне знать?

Уже смеркалось, когда Адди застонала, а у меня наконец зажила нога. Вскоре Адди беспокойно заворочалась на моем плече. Я остановилась, медленно опустилась на колени и уложила ее на асфальт.

Она захлопала глазами, потирая руку. Глубокие раны на руках и ногах еще зияли, одна нога была сломана. Даже на мое выздоровление ушли часы, что уж говорить о ней.

По моим прикидкам, я едва ли прошла две мили, а то и меньше, привал же мы сделали прямо посреди дороги. Справа высилось здание из красного кирпича, а слева — серое, с большими окнами и синей вывеской «Кафе на Керби-лейн». Адди взглянула налево, потом направо и снова налево.

— Где мы?

— В Остине, — ответила я. — В старом.

Она вытаращила глаза и вскинула голову, изучая соседнее здание.

— А где те парни из фургона?

— Они попытались схватить нас.

Адди повеселела:

— Очевидно, для них это плохо кончилось.

Я плюхнулась рядом с ней на асфальт:

— Да уж, нехорошо.

Она окинула взглядом окрестности и поморщилась при движении. Потерла руку и осмотрела длинный порез.

— Нам замедлили регенерацию, — сказала я. — Мне понадобилось несколько часов.

— Значит, мне еще целую неделю страдать! — воскликнула она.

— Ну, вряд ли так долго, — улыбнулась я.

— А ты, значит, взвалила меня на закорки и понесла… — Адди оглянулась. — Сколько мы прошли?

— Всего пару миль.

— О, всего пару миль! — закатила она глаза и с ухмылкой толканула меня плечом. — Тебе, наверно, кайфово быть такой? Сидишь себе и упиваешься своей крутостью?

Я ошеломленно посмотрела на нее, не зная, как реагировать. Адди рассмеялась и отвела назад свои темные волосы.

— Спасибо, — сказала она уже серьезнее.

— На здоровье.

Она помедлила, потирая лоб.

— Прости, что втянула нас в такую историю.

— Не ты же вытолкнула нас из челнока.