— По мне, так лучше крысу сожрать.

— Не согласна, — возразила она, изучая упаковку. — Вот интересно. Они рекламируют кислый вкус, как будто это хорошо.

— Мне кажется, именно поэтому это единственное съестное, которое здесь осталось, — заметила я, перешагнув через нагромождение сломанных полок и пустых бутылок. Покинув кафе, мы вскоре отыскали эту заправку, но ее, похоже, посетили уже не один раз до нас.

Мое внимание привлекло что-то сине-белое. Я ухватилась за край и вытянула огромную книгу, на пластиковом переплете которой было написано: «Атлас США».

— Смотрите, — сказала я, сунулась в конец книги и нашла Техас. Затем отыскала на границе Нью-Остина озеро Трэвис и прочертила пальцем маршрут. — Вот участок от старой Ренч-роуд до Маркет-роуд, которая проходит прямо здесь. Если разыщем ее и пойдем по ней, то все будет хорошо. — Я покосилась на Адди. — Впрочем, придется соблюдать осторожность. Не удивлюсь, если этой дорогой пользуется корпорация.

Она кивнула, и мы запрыгали через завалы к выходу. День был холодный и солнечный, моя сломанная нога замерзла в том месте, где были порваны брюки. Ночь прошла спокойно, и нам не встретилось ни единой души, а теперь, когда Адди полностью выздоровела, настало самое время отправиться в Нью-Остин.

Адди вышла из магазина и скрестила на груди руки:

— Далеко идти?

— Не очень, миль пятнадцать.

Мы все еще находились в центре города, в окружении осыпавшихся зданий.

— Чудесно. — Она с тревогой посмотрела на меня. — А когда мы найдем Каллума, мы ведь пойдем в Розу? И спасем всех, да? Я понимаю, ты не в восторге от этой идеи, но вы с Каллумом хорошо знаете Розу.

— Да, — ответила я. — Я обещала Каллуму, что так и будет.

И действительно, эта мысль досаждала мне уже меньше, чем поначалу. Будь там Эвер, я бы без колебаний отправилась на выручку. А как же остальные? Знакомые тренеры? Унтер-шестидесятые, которых травили препаратами? Разве можно бросить их на произвол судьбы?

— Отлично, — улыбнулась Адди. — К тому же никто наверняка не поверил в твою смерть. Тебя там ждут.

— С чего бы им не поверить?

— КРВЧ, да будет тебе известно, не всем так промыла мозги, как тебе. У некоторых из нас возникали подозрения, когда рибуты таинственным образом исчезали — особенно большие номера.

— Мне не промывали мозги.

— Ну да. Разумеется.

— Не промывали!

Адди закатила глаза, явно не веря мне:

— Не важно. Скорее всего, они ждут, что ты за ними придешь. Или, по крайней мере, надеются.

— Значит, они большие оптимисты.

Адди толкнула меня в плечо:

— Хватит прикидываться, будто тебе все равно! Еще как не все равно. Ты просто сама забота, вот ты кто.

— Да, — сухо отозвалась я. — Безупречный портрет.

— Но я вот что хочу сказать. Роза — самый крупный филиал, и там больше всего крутых вроде тебя. Мы выпустим их, а они помогут нам в остальных городах. Скинем КРВЧ и спасем людей. Раз — и готово!

— «Раз»?

— Ага. Раз — и дело в шляпе. Легко.

Я вскинула бровь.

— Ладно… может, не так уже легко, — уступила она.

— Вот именно. — Я сунула атлас под мышку. — Давай постепенно, хорошо? Я ничего не буду делать, пока не найду Каллума. А после этого не побрезгую удавить Михея.

— Я — за. А потом вышвырнуть его из челнока. И башку отрубить.

Я рассмеялась, и она ухмыльнулась:

— Не шучу.

— Я знаю, что не шутишь.

Через несколько миль большие городские здания начали попадаться все реже, пока совсем не закончились, а дорога стала у'же. Она находилась в лучшем состоянии, чем многие другие, что подтверждало мои опасения: корпорация продолжала использовать ее, хотя стоящие по обочинам дома были разрушены. Казалось, что весь район подвергся массированной бомбардировке. Когда-то здесь, наверное, жили одни богачи, теперь же от былого великолепия остались одни руины.

Держа курс на Маркет-роуд, мы свернули на Ренч, и перед нами открылась широкая, пустынная и довольно хорошо сохранившаяся улица. Я настороженно всмотрелась в небо и кивнула на деревья с левой стороны дороги.

— Пойдем-ка лучше туда, — сказала я. — На дороге мы слишком заметны.

— Согласна.

Мы прошли по черному асфальту к деревьям. Они прикрывали нас меньше, чем мне хотелось, так как многие уже начинали терять листву. Прямо под нами несла свои воды река, тянувшаяся до самого Нью-Остина, — крутой каменистый спуск начинался сразу за лесом.

— Куда ты подашься, когда все закончится? — спросила Адди.

— Не знаю, — отозвалась я, шурша на ходу опавшей листвой. — Мы с Каллумом уже думали об этом. Он хочет увидеть океан.

— Это здорово.

— А ты? Если повстанцы победят, ты останешься в городе со своими родными?

— Может быть. Если они не будут против. Я скучаю по Розе.

— О да. Вонь, мусор, милейшие люди. Как не соскучиться?

Она весело глянула на меня:

— А мне нравилось!

— Я уверена, что твоя семья не будет против. Леб многим рисковал, чтобы тебя вызволить. Если бы он не надеялся снова тебя увидеть, он вряд ли пошел бы на это.