способным к живописи, он отстал в рисунке? Ответ весьма простой, хотя и

несколько неожиданный. Федотов правил чужие рисунки: "Я за это получал

булки, чего со своего рисунка взять было нельзя, и поэтому свой всегда был

неокончен..."

Кадетов учили "фортификации, экзерциции, верховой езде, закону божьему,

словесности, чистой математике, танцеванию" и многому другому, в том числе и

рисованию. Не все выдерживали муштру, многие г.оспи-танники оставляли учебу

из-за "трепетания сердца, аневризма и подобных болезней". Эти напасти, к

счастью, миновали Павла. Он прибыл в Петербург полным сил и энергии.

В лейб-гвардии Финляндском полку чсе полюбили талантливого юношу за его

жизнерадостность, умение сочинять песни и прекрасно исполнять их, за доброту

и, главное, за его способность к рисованию. Он писал портреты своих друзей

по полку, "и вот начали уже говорить, что всегда делает похоже".

Федотов серьезно интересуется искусством, посещает вечерние классы в

Академии художеств. Он пробует писать акварелью жанровые сцены из полковой

жизни. За одну из них получил в подарок от великого киязя Михаила Павловича

бриллиантовый перстень. Однако успехи не делали его счастливым.

"Столица поглотила пять лет моей лучшей молодости... Пока в столице,

успокойся сердцем, не жди и не обманывайся".

Художник удивительно тонко чувствовал красоту окружающего мира и не

принимал жестокости, грубости и меркантилизма петербургской жизни.

Постоянной спутницей его жизни в те годы была нужда.

"Свежий кавалер"

Маятник стенных часов печально отстукивал минуты, дни, месяцы серых

будней. Федотов, уйдя в отставку, оставил за дверьми маленькой квартирки на

Васильевском острове суету полковой жизни, светские порывы и желания души

своей. Он целиком отдался любимому труду.

Казалось, далеко в прошлое ушли долгие сомнения и колебания, лишь порой

вспоминались полковые друзья, давно позабывшие дорогу к художнику, и

осталась только одна неистовая, неутомимая жажда - постичь, овладеть тайнами

мастерства.

"Вам двадцать пять лет, - сказал ему однажды Карл Брюллов, глядя на его

работы, - теперь поздно уже приобретать механизм, технику искусства, а без

нее что же вы сделаете, будь у вас бездна воображения и таланта?.. Но

попытайтесь, пожалуй, чего не может твердая воля, постоянство, труд".

Прошло семь лет. И Федотов проявил волю и постоянство. Все это время

каждый день был предельно размерен. Вставал на заре, обливался холодной

водой (в любое время года) и уходил на прогулку. Бродил по городу, беседовал

с прохожими.

Придя домой, Федотов принимался за работу. Рисовал, писал, компоновал.

Наброски, эскизы, этюды создавались с энергией и упорством непостижимым, и

скоро результаты стали заметны. Его рисунок окреп, в нем появились

необыкновенный лаконизм и острота.

Он отказывал себе во всем. Уйдя в отставку в чине капитана, Федотов

получил весьма скромное содержание, из которого ровно половину посылал отцу

и сестрам в Москву.

Казалось, он вовсе не знал развлечений. Труд занимал все его время.

Единственной отрадой были игра на гитаре и пение.

В 1846 и 1847 годах художник написал первые свои картины - "Свежий

кавалер" и "Разборчивая невеста".

Он решается послать их на суд к Брюллову.

Больной Карл Павлович радушно принял у себя автора. После он часто

говорил, что счастье Федотова в том, что он смотрит на натуру своими

глазами, а не через академические, классические очки, зрящие только

библейские либо мифические сюжеты.

"Сватовство майора"

"Ни шагу без натуры" - таким мог бы стать девиз творчества Федотова.

Десятки эскизов, сотни набросков делались, прежде чем художник приступал к

самбй картине. Много времени он отдавал поискам типажей для своих полотен.

Вот любопытная история, рассказанная Федотовым своему другу: ;

– Когда мне понадобился тип купца для моего "Майора", я часто ходил по

Гостиному двору, гулял по Невскому проспекту с этой же целью, но долго не