Он сбился, начал марш сначала, потом сбился хор, и только после того, как все глотки были еще раз промыты пивом, удалось допеть марш до конца.

Когда поющие дошли до слов:

все подняли бокалы, которые поспешно наполнил Спиридон, и, чокаясь, под звон бокалов стоя закончили марш. Пенье превратилось уже во всеобщее завыванье. Было два часа пополудни. Бокалы опустели. Управляющий «Архангелов», повернув бычью голову к двери, крикнул:

— Эй, Спиридон, где ты там!

— К вашим услугам, домнул управляющий. Чего изволите?

— Цыц! — рявкнул Родян. — Поросят приготовил?

— Три молочных еще с вечера заколоты.

— Когда будет половина четвертого, знаешь? — прищурился Иосиф Родян.

— Поросят выпотрошили, опалили, на Оленьей поляне огонь развели! — по-военному отрапортовал Спиридон, поднеся ладонь к правому уху.

— Мошенник! — загремел управляющий. — Так ты исполняешь распоряжения!

— Десятиведерная бочка в тенечек поставлена! — быстро проговорил трактирщик, бледнея.

— И водички, Спиридон. Пошли два ящика минеральной.

— Все будет в порядке, домнул управляющий: и хлеб, и соль, и ножички, и вилочки!

— Да иди ты к черту, делай как знаешь! — икнул студент Унгурян.

Спиридон покосился на него насмешливым глазом:

— У каждого своя профессия, домнул адвокат. У вас законы, у нас стаканы.

Все покатились со смеху. Послышались крики: «Да здравствует Спиридон!» Старик Унгурян тоже хохотал во весь рот, не понимая, в похвалу ли сыну или в насмешку были слова трактирщика. Но ему доставляло удовольствие смеяться, смеяться просто так, не зная над чем, смеяться, и все. Появился Спиридон в сопровождении трех мальчиков, каждый из которых нес веер кружек с пивом.

— Прошу угощаться. Как говорится, разгонные. За это пиво плачу я!

Гости встали, готовясь уходить. Каждый взял по кружке.

— Да здравствует первый трактирщик в Вэлень! — провозгласил студент Унгурян.

— Да здравствует Спиридон!

Все принялись за пиво, и через считанные минуты кружки опустели. Старик Унгурян выпил кружку не отрываясь и даже высосал оставшуюся на дне пену.

— Ах ты, чертов сын, Спиридон, ведь это пиво из только что открытой бочки. А ну, обнеси нас всех еще разок!

— Браво, отец! Да здравствует великий дегустатор! — завизжал молодой Унгурян.

Толпясь вокруг стола, компания выпила еще по две кружки. Спиридон прикинул, что от бочки осталось меньше половины. Наконец гости вышли на улицу. Один студент Прункул остался сидеть за столом. Он подозвал Спиридона и жалобно попросил:

— Поставь бочонок рядом со мной, отец Спиридон… Ты теперь будешь моим отцом!

Трактирщик видел, что студент уже лыка не вяжет, однако отчаянье, прозвучавшее в голосе, его удивило. Прункул побледнел, стал почти зеленым.

— Хватит вам пить, домнул адвокат. Это плохо кончится, — стал уговаривать трактирщик, наклоняясь над ним.

Прункул глядел на него пустыми глазами. Казалось, он не узнает Спиридона. Потом тяжело вздохнул.

— Ты — мой отец. Дай я тебя поцелую.

— Не пейте больше, — брезгливо поморщился трактирщик. — Лучше бы вам пойти домой, домнул адвокат, пообедать, немножко соснуть до четырех часов. Иначе вам всю ночь не высидеть. Идите-ка лучше домой.

— Нет у меня дома, — горестно вздохнул молодой человек, покачивая головой. — Нет ни дома, ни родителей. Ты теперь мой отец. Разве ты меня бросишь на произвол судьбы? — Прункул не сводил с трактирщика своих’ мутных выпученных глаз.

— Ни за что на свете, домнул адвокат!

— Тогда услышь мольбу твоего сына и принеси бочонок. Больше ни о чем не беспокойся, отец Спиридон. Наливать в кружку я буду сам, я знаю, как это делается.

Трактирщик поклонился и тут же скрылся за дверью. Можно было подумать, что он поспешил выполнить просьбу, однако он занялся другими делами. «Сейчас заснет. Знаю я его!» — пробурчал про себя Спиридон. Переделав мелкие дела и распорядившись по поводу жаркого на лугу, Спиридон с женой и младшими детьми сел обедать. Не успел он проглотить ложку супу, как приоткрылась дверь и появилась голова студента.

— Ты не принес мне бочонка, отец? — захныкал он.

— Нет еще, домнул адвокат! — Спиридон удивился, что студент не заснул за столом.

— Это черт знает что! — возмутился молодой человек. — Тащи немедленно пиво. Сегодня ты ведешь себя по-свински!

Спиридон побледнел. Его даже затрясло от возмущения: да что же это такое, ложки супу проглотить не дают. Однако вскочив, прошел мимо адвоката, приволок начатый бочонок пива, поставил возле стола, приладил помпу и вежливо сказал:

— Пожалуйста, домнул адвокат. В нем кружек двенадцать еще будет.