– Проводи меня, Симон.

– А разве вы не останетесь здесь на ночь, принц Петр? – В голосе Лиса прозвучало удивление.

– Нет, Симона, мне что-то нездоровится. Младший Дарлей бросил на Константина подозрительный взгляд, но тот сделал вид, что не заметил этой оговорки. Да и какое дело посланцу Георгия Гергея до отношений, связывающих Симона Лиса и принца Петра.

– Подождите меня здесь, Шепель, я скоро вернусь.

Видимо, достойный представитель семейства Дарлеев не считал разговор с Константином законченным и собирался уточнить некоторые детали, в частности назвать источник финансирования операции по нейтрализации лорда Гергея. Возможно, Константин и счел бы поведение принца Петра подозрительным, но уж слишком пьян был наследник Аббадина, чтобы вести серьезные разговоры. Так это было или иначе, но Шепель слишком поздно понял, что в Сигурде очень мало мест, где майор Комитета внешней разведки может расслабиться без риска угодить в большую беду. Он увидел тень, метнувшуюся к нему от стены, но не успел выхватить из-за пояса револьверы.

Шепелю показалось, что он пробыл без сознания всего несколько минут, но, видимо, дело обстояло не так. Во всяком случае, вернулся он в этот негостеприимный мир совсем не в том месте, где его покинул, да и лицо склонившегося над ним человека ничем не напоминало черты Симона Лиса. С такой мрачной физиономией не служат легкомысленной покровительнице гомосексуалистов богине Изиде. В данном случае самое время вспомнить о Ваале.

– Если не ошибаюсь, господин Харон?

– Поднимите его, – услышал Шепель. – И посадите в кресло.

Сознание Константина стало проясняться, хотя адекватно реагировать на действительность ему мешала боль в голове. Но он вполне осознавал, что сидит сейчас в кресле в окружении четырех незнакомых людей и что руки у него связаны. Шепель попробовал пошевелить пальцами, и это ему удалось.

– Развяжите ему руки, – распорядился человек с мрачной физиономией.

Его приказание было выполнено с похвальной быстротой, и Шепель смог наконец пощупать здоровенную шишку на затылке.

– Извините, коллега, мои ребята перестарались.

– Какие пустяки, – мягко улыбнулся Константин. – Вы не представляете, как приятно услышать дафнийский говор на этой богом забытой планете. Я так понимаю, что вы, господа, служите во внешней разведке Союза планет.

– Вы угадали, коллега.

– А почему же «коллега», – попробовал возразить Константин. – Я вольная птица.

– Не смешите нас, майор Шепель. Мы слишком поздно получили нужную информацию, иначе сумели бы обезвредить вас еще на начальной стадии операции.

– А вы хорошо устроились, господа. Храм Ваала, надо полагать, очень надежная крыша. Однако должен вас предупредить, что я тоже не лыком шит. Мне покровительствует сама Изида.

– Вы что же, вступили в сексуальную связь с одной из ее жриц?

– С чего вы взяли, господин Харон?

– Я не Харон, – угрюмо бросил дафниец. – Здесь меня называют братом Джефом.

– А дома?

– Вы слишком много хотите знать, майор Шепель, – криво усмехнулся брат Джеф. – Для вас я просто резидент разведки Союза планет на Яфете полковник Игрек.

– Лучше я буду звать вас господином Джефом. Называть братом старшего по чину мне неловко, а «полковник Игрек» звучит слишком официально для ситуации, в которой мы с вами оказались. Вы давно на Яфете?

– Несколько месяцев. Однако наши люди впервые установили контакт с верховным жрецом храма Ваала двадцать два года назад.

– Это случилось в Темной стране? – спросил Шекель.

– Вы же знаете, Константин, что ни вам, ни нам не удавалось проникнуть на территорию яфетских королевств. Мы потеряли много людей. Моему предшественнику показалось, что нельзя упускать такой шанс. Он и еще трое наших сотрудников первыми прошли обряд посвящения.

– Сдается мне, что они поторопились, – сочувственно вздохнул Шепель.

– Сначала все шло нормально, – продолжал Джеф. – Во всяком случае, так казалось нашим генералам. Жрецы храма Ваала проникли во Фригию, Кроатию, Склавинию и еще ряд соседних королевств. Золота мы не жалели. Было задействовано несколько научных институтов, которые обрабатывали полученную информацию и разрабатывали инструкции для наших сотрудников, работавших под прикрытием храма.

– И много здесь было ваших сотрудников?

– За двадцать два года их здесь побывало не менее трехсот. Из первого призыва на планете работают трое – Харон, Агасфер и Зефар.

– Эти трое из тех, что первыми приняли посвящение?

– Да.

– А где четвертый?

– Он погиб в самом начале операции. Тогда никто не придал этому значения. Ведь успех был очевиден. Мы опередили Федерацию, создали на планете Яфет очень мощную и влиятельную структуру. Словом, все были в восторге от резидента Харона, и никому даже в голову не приходило перепроверить получаемую от него информацию или хотя бы проследить за людьми, возвращающимися с чужой планеты. А их вернулось не менее полутора сотен. Протрезвление наступило полтора года назад. Вдруг выяснилось, что прибывшие с Яфета люди исчезли из поля зрения начальства. Увольнялись они под разными предлогами, кто-то по болезни, кто-то по возрасту или выслуге лет, но так или иначе они все исчезли, растворились на планетах Союза и Федерации.