Константин заржал, словно верный Буцефал великого полководца.

Лицо старушки перекосилось, она безвольно опустила руку и плюнула мне под ноги.

Вот народ у нас несознательный. Только-только от ярма освободился, самостоятельность приобрел, а своего счастья понять не может. Привыкли, понимаете ли, к тому, что империя в своих колониях из них соки высасывала, и не хотят свободы, как многие римские рабы, из которых хозяева решили сделать вольноотпущенных. Позор, брали бы с меня пример, разве можно было раньше свой творческий потенциал в полную силу использовать? Смог бы такой угнетенный, как я, стать директором фирмы? Хрен, до сих пор бы в сторожах гнил.

Да что я. Вот Рябов, на меня смотрящий с укоризной, что тогда делал, сколько зарабатывал? Может, вспомнишь, Сережа, как ты в Пальмасе кубок выиграл, умывшись собственной кровью в финале. Дрался ты тогда, словно гладиатор, а получил от проклятой империи на руки в сорок пять раз меньше, чем второй финалист из Франции, которого с ринга на носилках унесли. Ты забыл об этом, Рябов; тебя сейчас больше моя реакция по поводу предстоящей встречи волнует, нежели народное ликование в честь Кости.

— Хорошо, Сережа. Я встречусь с Вершигорой. Константин, сегодня же пригласи его на свадьбу. Какая свадьба без генерала, правда, Рябов?

— Мне кажется, ты выбрал не самый удачный вариант, — безапелляционным тоном заметил коммерческий директор.

— Ну что ты, Сережа. В прошлый раз Вершигора назначил встречу в резиденции губернатора. Я пришел туда без второго слова. Если Вершигора не откликнется на мое приглашение, значит…

— Откликнется, — уверенно сказал Рябов. — Хотя меня не обрадует ваша встреча.

— Проблемы, Сережа? Константин, дуй в машину.

Хотя начальнику отдела снабжения очень хотелось присутствовать на импровизированном совещании, он безоговорочно подчинился. Краем глаза замечаю: наша охрана давно покинула машины и сразу создалось впечатление — заведение «У Константина» пользуется еще более повышенным спросом, нежели можно было рассчитывать при заключении пари с Рябовым.

— В чем дело, Сережа? — спросил я, когда мы медленно в кои веки пошли пешком по залитой солнцем улице.

— Сам узнаешь, — коротко ответил Рябов.

— Я не об этом. Что тебя тревожит?

— Вершигора тебя знает. И знает, на чем можно купить. Я понимаю, от его предложения тебе не захочется отказаться. Хотя мне это не нравится. Так что подумай. Это все.

— Спасибо за предельную откровенность, Сережа. Какой бы тебе подарок за такую заботу сделать… Слушай, котика хочешь?

— Педрилу, что ли? — ухмыльнулся Рябов. — Ты уже третий, кому он этого персидского скота дарит.

— Отчего, интересно, ты так радуешься?

— Я не радуюсь. Просто теперь точно знаю, кто в твоем доме будет настоящим хозяином.

Я не ответил Рябову, оставив следующий ход за собой. В конце концов, Костя женится, а Сережа говорил, что согласен на бракосочетание исключительно после того, как свадебный хомут оденет начальник снабжения. Наверное, Рябов согласится принять мой подарок, если я напомню ему — пришла пора, дорогой Сережа, ответить за свое слово. Или стать кошковладельцем. При возникшей дилемме, Рябов не будет долго думать: жить с Педрилой или еще с кем-нибудь. Однако, чтобы кот прекратил общегородской террор, переходя из рук в руки, поставлю условие — союз Педрилы и Рябова не подлежит разрушению, здесь развод не проканает.

В конце концов Сережа должен понять, я умею делать не менее заманчивые предложения, чем наш приятель Вершигора.

Опасаясь за дальнейшее развитие непредсказуемых производственных отношений, я вернулся в офис. И совершенно напрасно. Узнав о том, что генеральный директор фирмы приступил к работе, сотрудники тут же сделали правильные выводы, прекратили выяснять взаимоотношения и разбежались кто куда. Трудовую вахту на фирме несли юрисконсульт, бухгалтерия, генеральный менеджер.

Юрисконсульт, повесив на двери своего кабинета табличку «Идет совещание», пытался раздеть девицу, призывно смотрящую на него с экрана компьютера. Наш законник горел желанием поскорее узнать, что спрятано у его партнерши под юбкой, но быстрые действия не всегда дают желаемый результат. Девица из компьютера ударила по его паршивой паре полновесным каре и мгновенно надела блузку.

— Ты бы с живыми телками играл, — посоветовал я занервничавшему юристу, — они раздеваются быстрее, чем в компьютерном стрип-покере.

— Он разденет, — вставил свои пять копеек по инерции прижимающийся к моей спине Константин, злясь на юриста из-за того, что законник соблюдал нейтралитет во время последних событий в фирме. — Он скорее компьютер трахнет, чем живую…

Костя не успел договорить, потому что служитель Фемиды тут же подскочил — и мне сразу стало ясно: воздействовать на начальника отдела снабжения для него уже гораздо важнее, чем продолжать будоражить компьютерную девицу. По отношению к Косте юрисконсульт блефовать явно не собирался.