Служанки начали напирать на меня, расстегивая кнопки рубахи.

— Эй! — закричала я, отталкивая их руки.

Гриша закатила глаза.

— Если придется, свяжите ее.

Служанки удвоили усилия.

— Перестаньте! — выкрикнула я, пятясь от них. Они замешкали, переглядываясь с меня на девушку. Честно говоря, ничто не звучало сейчас лучше слов «горячая ванна и новая одежда», но я не собиралась позволять какой-то рыжеволосой тиранке командовать мной. — Что происходит? Кто ты?

— У меня нет вре…

— Так найди его! — отрезала я. — Я проехала почти две сотни миль на лошадиной спине. И не спала нормально неделю, а еще меня дважды чуть не убили. Так что, прежде чем я что-либо сделаю, ты расскажешь мне, кто ты такая и почему тебе так важно снять с меня одежду.

Рыжеволосая сделала глубокий вдох, будто вела беседу с ребенком.

— Меня зовут Женя. Меньше чем через час ты будешь представлена королю, и в мои обязанности входит придать тебе презентабельный вид.

Моя злость испарилась. Я встречусь с королем?

— О, — коротко ответила я.

— Да, «о». Так что, приступим?

Я кивнула, а Женя захлопала в ладоши. Слуги вновь активизировались, дергая за мою одежду и подталкивая меня в ванную. В прошлый раз я была слишком усталой, чтобы рассмотреть комнату. Но сейчас, даже дрожа от холода и будучи жутко напуганной из-за будущей встречи с королем, я была поражена крошечными бронзовыми плитками, покрывавшими всю поверхность глубокой медной ванны, которую слуги наполняли горячей водой. Стена рядом была украшена мозаикой из ракушек и морских ушек.

— Садись, садись! — сказала одна из служанок, подпихивая меня.

Я залезла внутрь. Вода была обжигающе горячей, но я стерпела. Военная жизнь давно отучила меня от скромности, но было что-то непривычное в том, чтобы быть единственным голым человеком в комнате, особенно когда все продолжали разглядывать меня с неподдельным любопытством.

Я вскрикнула, когда одна из служанок схватила меня за голову и начала яростно мочить волосы. Другая склонился над ванной и начала вычищать мои ногти. Стоило мне привыкнуть к горячей воде, как сидеть стало очень приятно. Теплой ванны я не принимала уже год, и даже не представляла, что она может быть такой шикарной. Определенно в жизни Гриши были свои преимущества. Я никогда не могла позволить себе просто плескаться в воде в течение часа. Но как только меня тщательно отмыли, служанка дернула меня за руку и приказала:

— Вылезай, вылезай!

Я неохотно послушалась, позволяя женщине вытереть меня плотными полотенцами. Одна из молодых служанок выступила вперед с тяжелой бархатной мантией и провела меня в спальню. Затем она и остальные попятились за дверь, оставляя меня наедине с Женей.

Я насторожено следила за рыжеволосой. Она распахнула шторы и переместила деревянный стул с искусной резьбой к столу у окна.

— Садись, — скомандовала она.

Я скривилась от ее тона, но послушалась. Рядом с ее рукой стоял небольшой сундучок с открытой крышкой, его содержимое было разложено на столе: приземистые стеклянные банки, полные чего-то, похожего на ягоды, листья и цветную пудру. У меня не было шанса рассмотреть подробнее, поскольку Женя взяла меня за подбородок, пристально разглядывая мое лицо и поворачивая сторону с синяком к свету из окна. Она вздохнула и легкими касаниями пальцев обследовала кожу.

Я почувствовала то же покалывание, которое испытала, когда Целительница работала над моими ранами, полученными в Каньоне. Шли мучительные минуты, я сжала руки в кулаки, чтобы не зачесаться. Затем Женя отступила и зуд прошел. Она передала мне маленькое золотое зеркальце. Синяк полностью исчез. Я аккуратно коснулась кожи, но боли не почувствовала.

— Спасибо, — я положила зеркальце и начала вставать со стула, но Женя вновь посадила меня на место.

— И куда это ты собралась? Мы не закончили.

— Но…

— Если бы Дарклинг просто хотел тебя исцелить, то послал бы Целителя.

— А ты не Целительница?

— Я, по-твоему, в красном? — резко ответила Женя, в ее голосе слышалась горечь. Она указала на себя. — Я — Портниха.

Я была сбита с толку. Вдруг поняла, что никогда не видела Гришу в белом кафтане.

— Ты создашь для меня платье?

Женя раздраженно фыркнула.

— Я не создаю платья! А создаю это, — ответила она, махая своими длинными грациозными пальцами перед моими глазами. — Ты же не думаешь, что я родилась с таким лицом, правда?

Я уставилась на ее гладкую мраморную кожу, идеальные черты, и меня охватило понимание, а с ним и возмущение.

— Ты хочешь изменить мое лицо?

— Не изменить. Просто… немного освежить.

Я нахмурилась. Я знала, как выглядела, и остро осознавала свои недостатки. Но не особо нуждалась в том, чтобы прекрасная Гриша указывала мне на них. И хуже того был тот факт, что ее подослал для этого Дарклинг.

— Забудь об этом, — сказала я, вспрыгивая на ноги. — Если Дарклингу не нравится мой внешний вид, это его проблема.