Хорь явно раздваивался: с одной стороны, бешенство заливало глаза, с другой – давил властный, подавляющий голос Ангела. Неизвестно, что бы перевесило, если бы в палату не вошла Оля.

Подслушивала, понял Федор. И, видимо, не он один.

– Не ссорьтесь, мальчики, – весело сказала она. – Все бывает. Не ссорьтесь.

Хорь тихо «сдулся» и сел на кровать.

Ангел недобро улыбнулся. Результат его устраивал, а метод, похоже, нет.

– Можно больше без битв, а, Федь? – мягко спросила она, легко коснувшись его локтя.

– Можно, – сказал он. Федор очень рассчитывал, что Хорь кинется на него. А так – не растраченная в драке ярость желчью расползалась по всему телу. – Ты это видела? – спросил он Ольгу, за подбородок поворачивая к ней Васькину заплаканную физиономию.

– Видела, – сухо ответила Королева. – Не надо было этого делать.

Ангел дернулся, но мгновенно взял себя в руки.

А Федор неожиданно успокоился. Может, и не зря он тратит на этих ребят кусок своей собственной жизни.

Он взял Ваську за руку, и они пошли гулять в ночной лес. Что-то рассказывал Федор, о чем-то в ответ шепелявил Васька. Такая прогулка была первой в его жизни. И на его взгляд, она стоила заплаченной за нее цены. 

Атмосфера в «Смене» накалялась. Незримо для непосвященных, но очень конкретно для понимающих, каковых было большинство.

Хотя внешне все было по-прежнему. Утром, после подъема и уборки территории, сходили на речку. Ангел, Ольга и Хорь расположились на желтом песочке, чуть поодаль. Федор все время украдкой посматривал в их сторону. Он вдруг поймал себя на мысли, что ему неприятно видеть Олю так близко к Ангелу. Он легко представлял себе его руки, протянутые к Оле.

Но и не смотреть туда он не мог. Девушка буквально притягивала его взгляд. Это раздражало Федора, как раздражал любой вид зависимости: он с детства предпочитал, подобно киплинговской героине, гулять сам по себе.

Впрочем, как человек умный, Федор не пытался спрятать от самого себя определившуюся истину: эта девчонка его задела. Очень задела.

Любовь, не любовь – это все абстракции. Особенно с учетом ее возраста и «профессии». Определенно пока можно сказать, что его просто-таки тянет к ней. И что его очень задевает присутствие рядом с ней другого. Тем более – такого ублюдка, как Ангел. Человека из категории тех, кому, по мнению Федора, лучше вообще не рождаться.

Солнышко припекало, ребята пошли в воду. Ольга легко поднялась с песка и, ловко ускользнув от пытавшегося помочь ей Ангела, полетела к воде. Именно полетела, едва касаясь маленькими ступнями песка. Мгновение – и ладно сложенная фигурка в ярком белом купальнике скрылась в шлейфе искрящихся на солнце брызг.

Ангел никогда не купался. Да и «загорал» всегда в тени, устроенной из старой простынки. Он кивнул Хорю, и тот, шевеля бицепсами, тяжелой походкой качка пошел к воде.

Ольга была уже почти у противоположного берега. В принципе это не разрешалось, но Королева настолько уверенно и легко плавала, что вожатые закрывали на это глаза.

Хорь вошел в воду и поплыл за Ольгой.

Та уже возвращалась, когда он поравнялся с ней. Проплыл мимо и вдруг, развернувшись, довольно грубо схватил ее за волосы. Ольга крикнула, но Хорь не отпускал, а, наоборот, сильно утянул ее голову под воду.

Федор хорошо видел происходящее, поэтому через мгновение летел к ним. Однако инцидент – если его можно так назвать – уже был исчерпан.

Хорь поплыл дальше, а Ольга стояла на песчаной отмели.

– Что случилось?

– Не знаю. – В глазах ее блестели слезы. – Дурак какой-то! Я Ангелу скажу.

– Скажи, – усмехнулся Федор. – Только сдается мне, что он и так все знает.

– Ангел – мой друг, – вскинулась Королева.

– Наверное, – согласился Седых. – Лучший. Из имеющихся.

Ольга прикусила губу, отвернулась и быстро пошла к берегу.

Ангел из-под простынки с интересом наблюдал за происходящим.

До обеда, как предполагалось, Федор на пляже не долежал. Приехал из города Мишка-опер. Нашел на берегу Седых и утащил его пообщаться в лесок.

Этот визит явно встревожил Ангела. Уже через минуту после их ухода он быстро подался в лагерь.

Они сели в тенек, на ствол упавшего дерева.

– Чего приехал? – поинтересовался Федор.

– Дело есть.

– Нарыл что-то на Ангела?

– Трое показывают, что приказал убить девчонку он. Она ему на танцах дерзко ответила. Приказал при всех. Человек восемь было.

– Так в чем же дело? Хватай ублюдка. Я тебе с удовольствием помогу.

– В суде все рассыплется. Они его боятся.