Перед глазами открылась квадратная, примерно тридцатиметровая комната без мебели. Около одной стены лежало несколько крупных камней, окна не было, свет проникал внутрь через открытую дверь и цепочку круглых отверстий размером с кулак взрослого мужчины. Их сделали почти под самым потолком, до которого я могла достать рукой. В давние времена люди, чтобы сохранить тепло в жилье, ограничивали его кубатуру. Интересно, здесь была печь? Судя по некоторым растениям в саду, я нахожусь в той части Европы, где не бывает морозов. Это не Северная Германия, где в начале ноября лязгаешь зубами. Сейчас октябрь, но совсем не холодно, если б не дождь, спокойно можно было бы гулять в легкой кофточке. Но я помню, как несколько лет назад в декабре приехала в гости к своей лучшей подруге Наташке, она же баронесса Макмайер [5] , а та как раз перебралась в доставшийся ей по наследству старинный замок на юге Франции. Никогда я так не мерзла! Градусник на улице показывал плюс десять, а в комнатах температура казалась минусовой, пахло сыростью… Современная излишне романтичная девушка, мечтающая жить во времена Средневековья, слушать серенады под окном и присутствовать на устроенных в ее честь рыцарских турнирах, должна понимать: возлюбленный один раз потренькает на мандолине и ускачет в поход лет эдак на пять. Невеста останется в промозглом замке, одежду ей придется донашивать за мамой-бабушкой… Да что там шмотки! У красавицы не будет геля для мытья, шампуня, зубной пасты, дезодоранта, кремов для личика, средств эпиляции. Впрочем, зачем ей все это? Водопровода в ее замке нет, канализации тоже, придется пользоваться ночной вазой, туалетную бумагу не придумали, а мыться она будет раз в год. Телевизор, телефон, айпад, компьютер – все это еще не изобрели, даже лака для ногтей нет, а если ухитришься сделать маникюр с цветным покрытием, то тебя сожгут на костре аки ведьму. Может, ну его, это Средневековье?

Я выскочила на улицу и поспешила в особняк, тихо говоря Роджи и сжимая его в объятиях:

– Значит, в сторожке где-то расположен вход в подземелье. Вероятно, я сумею его найти и даже открыть, но соваться в воду, не зная броду, опасно. Мне надо сообразить, кто вел беседу в маленьком домике. Давай рассуждать логически. Валентина недавно появилась в Волчьей пасти, следовательно, она член нашей группы. А Мышка живет в тюрьме давно, значит, она работница. Если вспомнить про кошелек учительницы, который Валя подложила в портфель Мышки, то можно сделать вывод, что разница в возрасте у девочек не более десяти лет. Иначе они не могли бы оказаться в школе одновременно. Думаю, Валентине слегка за тридцать. Среди вновь прибывших четыре представительницы слабого пола: я, Нинель Павловна, Рита и Алиса. Пожилая дама не подходит по возрасту, я тоже отпадаю. Вот Маргарита хорошая кадидатура, и она полненькая, а Мышка говорила, что сестра здорово поправилась. С другой стороны, Алиса тоже не худенькая, просто у них с Ритой разный тип фигуры. Брюнетка похожа на грушу, у Алисы же пышная грудь, округлая попа, крепкие ноги, а вот талия у нее почти осиная, поэтому при беглом взгляде на белокурую красотку принимаешь ее за худышку. Ан нет! Алиса тоже немало весит.

Я остановилась и перевела дух. Я познакомилась не со всеми дамами, работающими в доме. Вероятно, среди прислуги будет несколько женщин, подходящих на роль Мышки. Но в нашей группе только Рита и Алиса могут быть Валентиной. Буду следить за обеими, авось увижу нечто интересное и соображу, каким образом примкнуть к тандему, который знает план лабиринта и вскоре предпримет побег. У меня появился шанс удрать из Волчьей пасти, уж я его не упущу!

– Где тебя черти носили? – принялась возмущаться Лика, едва я вошла в холл. – Ушла, и нет ее! Тебе велели прогулять поросенка и скорехонько на кухню! Пора ужин готовить.

– Простите, – зашептала я, – мини-пиг удрал в кусты, я ловила его, а он примчался в странное место. Там ворота есть и разрушенная стена.

– Вон куда забрела! В Казалини! – возмутилась Нефедова.

– Роджер туда побежал, – оправдывалась я, – да так быстро! Ноги у него короткие, но спорые. Я решила, что потеряю гаденыша. А что такое Казалини?

Лика сменила гнев на милость.

– Обзовешь мини-пига в присутствии шефа плохим словом и заработаешь на пряники. Про Казалини тебе потом объяснят. Вали на кухню, тебя Зина ждет.

– Она кто? – осторожно спросила я.

– Твоя начальница, – буркнула Нефедова, – будешь поварихе помогать. Смотри, не забудь поросенка, вы с ним с сегодняшнего дня будете как сиамские близнецы.

Я ожидала увидеть у плиты дородную бабу в белом колпаке, но обнаружила худощавую женщину лет тридцати пяти с виду.

– Наконец-то, – сердито произнесла она, – спасибо, что не в полночь пришла. А это кто? Полина с фермы самоходом отбивные прислала? Волоки его во двор, там Федор колодец чинит, скажи, что надо поросенка прирезать.

– Нет, нет, – испугалась я, – Роджер мой воспитанник, он не подлежит съедению.

– Твой кто? – захихикала повариха.

– Борис Валентинович приказал мне заботиться о Роджере, – уточнила я, – если с ним что-то плохое случится, мне не поздоровится.

– Шеф всегда прав, – заявила Зина.

Потом она с помощью двух тряпок схватила с плиты большую кастрюлю, подняла ее, сделала пару шагов и вскрикнула… Дальнейшее напоминало замедленное кино. Кастрюля вывернулась из рук кухарки, наклонилась, я увидела какую-то прозрачную желтоватую жидкость, сообразила, что она очень горячая, подскочила к Зинаиде и двумя руками толкнула кастрюлю. Та отлетела к стене, стукнулась о нее, упала на пол, содержимое вытекло на плитку.

– Матерь божья, – выдохнула Зина, – тряпка соскользнула, а ручка раскаленная, вот я и не удержала!

Я выдохнула.

– Лучше варежки сшить, с ними такой казус не случится. Извините, из-за меня еда пропала, сейчас все уберу. Не хотела навредить, испугалась, что вы горячим бульоном обожжетесь. Обычно я не сразу соображаю, как действовать, а тут меня словно кто-то в спину пнул.

Зинаида перекрестилась.

– Похоже, это мой ангел-хранитель тебя сюда в нужный час привел. Там не бульон был, пострашнее варево.

– Что может быть хуже ожога жирным супом? – удивилась я.

Зина вытерла лоб ладонью.