Неосознанно я упиралась, цепляясь за все предметы, попадавшиеся на пути. Свалила вазу, уронила картину со стены, которую еще Оксана привозила. Я царапалась и вырывалась, но у чечена была железная хватка, от которой наверняка оставались синяки. Я догадывалась, куда и зачем он меня тащит, и, честно сказать, почувствовала страх. Мне не хотелось на улицу. К тому же зимой. Мне вообще не хотелось. Мне было неплохо здесь. И я винила во всем Оксану. Если бы не она, то я бы осталась здесь.

– Не нравится, - тяжело дыша, Марат в два поворота открыл замок и распахнул дверь.
– Выметайся!

Он вытолкнул меня, так что я споткнулась о коврик. И хлопнул дверью.

Пару секунд я просто стояла на лестничной площадке и пялилась на железную дверь. И только тогда я поняла одну вещь. Я уже привыкла там жить. В этой самой квартире, которая стала моей зоной комфорта. Моим домом, хотя прошло чуть больше года. Я внутренне поверила Марату. Его словам, что если я соглашусь - он мне поможет. Не помог. И свое собственно поведение я не считала неправильным. Что с того, что я ее выжила отсюда? Но даже догадываясь, что это не сойдет с рук, я не думала, что он выгонит. Зимой. В одних тапках.

Стоять рядом с дверью не было смысла. Я еще раз оглядела джинсы, кофту с короткими рукавами. Надо что-то делать. На шее висел кулон, который подарила Ксюша. А через пару домов гастроном, в котором есть ломбард. Нормально. Первый страх и растерянность ушли, уступая место деловитости. Я справлюсь. Холодно, конечно, девочка в легкой одежде вызовет ажиотаж, но я куплю. На первое время мне хватит. Справлюсь.

Спустилась вниз и на первом этаже столкнулась с нашей соседкой. Как назло.

– Сашенька, - она удивленно моргнула, оглядывая мою одежду, и еще удивленнее смотрела, как я направляюсь к выходу.
– А ты куда? Ты почему в таком виде? И не дома?

– Дверь захлопнулась, - плечами пожала и слабо улыбнулась, на ходу придумав легенду.
– А Марата дома нет.

– А что ты не дома была?

– Вышла посмотреть, что в почтовом ящике лежит.

– Ааа, - бдительность соседки была усыплена.
– А ты куда?

– Да я к знакомым. У них должен быть ключ.

– Иди ко мне домой и позвони им. Пусть они его привезут.

– А у них нет телефона, - не моргнула я глазом.
– Придется идти. Тут недалеко.

– Давай спасателям позвоним.

– Они дверь выломают. Что я потом Марату скажу?
– трогательно, подражая Ксюше, хлопнула ресницами и потупилась.
– Надо сходить.

– Куда ты в таком виде?
– запричитав, указала рукой на мою одежду.
– Простудишься ведь. Давай пока у меня посидишь, чайку попьешь, а потом и брат твой приедет. У него же есть ключи?

– Он поздно приедет.

Сначала я не оценила ее предложения. Но подумав, решила, почему бы и нет? Посижу у нее, придумаю что-нибудь. Возможно, у нее есть какая-то одежда. Я попрошу у нее что-нибудь на время, исключительно чтобы дойти до друга семьи, а там меня и след простыл. Пусть с ней потом чурка разбирается. Меня это не должно волновать.

– Ну ладно, - согласилась, делая шаг по направлению к ее квартире.
– Давайте подожду. Спасибо большое.

– Не за что, дочка, - она пропустила меня внутрь и закрыла дверь.
– Проходи. Сейчас чайник включу.

Пока она хлопотала на кухне, я осматривалась. Планировка почти та же, что и у нас, вернее, у Марата. Только комнат не две, а одна. Дверной проем завешан причудливой шторкой, на трюмо много статуэток. Запах еще в квартире был такой странный, но не противный.

Несколько часов пришлось провести в обществе бабульки. Я натужено улыбалась, так что болели щеки, кивала периодически и посматривала на часы. Наконец, решила:

– А у вас нет пальто какого-нибудь? Мне только дойти, и я вернусь сразу.

Она неуверенно замялась и отвела глаза. Одно дело чаем напоить, другое - давать что-то, пусть и на время. Ее кошка, спящая в углу, подняла голову и мяукнула.

– А брат твой скоро приедет?

– Нет, - расстроила я.
– Поздно-поздно вечером.

– Ему позвонить нельзя?

– Нет. Он работает, а номер я не знаю.

Она тяжело вздохнула, поднялась, отставила чашку и принесла пальто. Обычное серое, драповое, не новое.

– Держи. Занесешь потом?