Влад нахмурился и с усталым видом провел рукой по лицу:

— Смотри, Максимилиан. Не споткнись о воспоминания, иначе потеряешь куда больше.

— Да что вы все заладили? — Макс уже разозлился. — Ты, Агнешка, Стеву. Она пройденный этап, я сам лично отрекся от нее.

— Дело не столько в тебе, сын, сколько в ней. Лала имеет нечто уникальное, с точки зрения вампира. Она способна влезть в душу, как змея в птичье гнездо, — затем граф посмотрел на Макса. — Что у вас с Агнешкой?

— Ничего такого, — как-то резко ответил виконт. — Она странная. То милая и ласковая, то непробиваемая. Да и что я могу сказать, ты-то наверно лучше ее знаешь. Это вы уединяетесь на крыше.

— Сейчас уши поотрываю, поганец! Агнешка боится, как и все люди. Мы для них опасны. Пойми, даже если человек не знает, что ты вампир, он все равно на каком-то интуитивном уровне ощущает тревогу рядом с нами. Это природа.

— Я не заметил в ней страха.

— Она очень сильная духом. И ее основной страх вовсе не за саму себя, она боится за близких и за Филиппа, кстати. Так вот, не ври мне. Скажи, что чувствуешь?

Макс тогда поднял глаза и посмотрел на звездное небо, которое мерцало из-за легкой дымки облаков, медленно плывущих в ночи.

— Она мне нравится. Меня влечет к ней, но я не могу понять, что это за влечение. Когда рядом, то слышу шум ее крови в венах, слышу, как та омывает сердце, а оно стучит все быстрее. Но когда смотрю ей в глаза и не вижу страха, то жажда проходит, исчезает. Агнешка словно скульптура: красивая, изящная и такая недоступная.

— Да. Когда я впервые встретил твою мать, то смотрел на нее так же. Она была подобно мифической богине, о которых так много написано, но ощутить, прикоснуться ты к ним не можешь.

— Ты считаешь, что я влюблен в нее? — Макс обратил взор на отца.

— Ты сам должен ответить на этот вопрос. Да и потом, когда влюблен, не задаешься вопросами, ты просто это знаешь, чувствуешь.

— Неужели не было больше ни одной женщины, которую ты смог бы полюбить после мамы?

— Нет, Макс. Ни одной. До нее я был еще тем разгильдяем, но как только встретил Дарию, то пропал. Она будто стерла все мое прошлое, оставила только настоящее и будущее, в котором я видел лишь ее.

Тогда Макс задумался о своих чувствах. Он пытался понять, готов ли к серьезным отношениям, сможет ли всецело отдать сердце одной единственной женщине, представив на месте этой самой женщины Агнешку. И вроде бы вампир испытывал к ней особое влечение, однако по-прежнему не хотел расставаться со свободой. Сейчас-то он и вспомнил о временах, проведенных с Лалой, она никогда не требовала от него любить только ее, но вот Агнешка другая, в ней чувствуется человек-кремень. Полька требовательна и принципиальна, а это так пугало юного Дракулу, привыкшего к легкости и бесшабашности поступков. Безусловно, вампир подумывал о преданности и вечности с одной единственной, но не сейчас…

Весь следующий день Макс избегал Агнешку. Он решил, что не готов к таким отношениям и не хочет причинить ей боль своим непостоянством. Однако перед ужином они все-таки столкнулись в холле. Полька смотрела на него большими серыми глазами, желая услышать то, что он хотел сказать еще вчера:

— Ты расхотел обсуждать нас? — она слегка усмехнулась, ткнув пальцем ему в живот.

— Давай выйдем на улицу.

Когда же они оказались на воздухе, Агнешка подошла к старому колодцу и села на край:

— Я слушаю, — ей хотелось услышать, что он желает быть с ней, несмотря на ее вчерашний поистине женский выпад.

— Прости за тот поцелуй. То был акт несдержанности вампира.

— Ах, да, — чуть слышно произнесла полька, — конечно. Конечно, я прощаю тебя, только впредь будь сдержаннее, — в этот момент в голове польки раздался сильнейший раскат грома, а молния прошла по всему телу, завершив путь в сердце.

После этих слов Агнешка поспешила вернуться в замок, аппетит сразу же пропал, а на душе заскреблись кошки. Ей было больно. Поэтому она решила пойти в свою комнату, но по пути столкнулась с Владом:

— Куда ты так спешишь, девочка моя? — обратился он к ней.

— Извините, граф. Я не хотела, просто неважно чувствую себя, поэтому и не вижу, куда иду.

— А-а-а-а, ну тогда тебе стоит прилечь.

Дракула проводил ее взглядом, после чего изобразил жуткий гнев и направился вниз. Там он встретил Макса, которого схватил за шкирку и выволок из дома.

— Ты чего, пап? — пропищал виконт, зная нрав своего грозного отца.

— Лети щенок, лети так быстро, как только можешь! А если догоню, то шкуру твою лощеную спущу!

И Макс полетел, а Влад за ним. Слишком обидно стало Дракуле, что сын такой оболтус и посмел обидеть юное воплощение ангела. Сегодня Влад нагнал-таки сына у старых сосен, он усердно вытрясал из него дух. Виконт вернулся в замок слегка поломанным и весьма потрепанным. Теперь ему понадобится не один день и не один литр крови, чтобы восстановиться после такой порки. Стеву с Кристиной лишь залились хохотом, когда встретили Макса, а Лала, стоя в сторонке, тихо заулыбалась.

Глава 10

«Лала… Да кто такая вообще эта Лала?», — размышляла в очередной раз Агнешка, лежа в кровати. Именно в этой обители мягкости, тишины и спокойствия приятнее всего было думать. Полька пыталась сравнить себя с ней и ничего особенного не находила в вампирше, кроме того самого вампиризма. Посредственная, вульгарная и наглая девица без какого-либо вкуса. И чем она так привлекла Макса, что он забыл об Агнешке, стоило ему только увидеть ее? Виконт производил впечатление благородного, образованного и высокоманерного типа, хоть иногда и снисходил до иронии, грубости и ребячества. Но все эти шалости его не портили, скорее наоборот, подстегивали интерес. Что сказать? Агнешке он нравился, очень. Но она была гордой девушкой, поэтому решила более не потворствовать вампирам, особенно Максу. Она здесь работник, он работодатель и точка!