повеление мое посылаю я из Корфу с нарочным в Неаполь флота

капитану Сорокину, а ему дал я повеление в самой скорости

отправить к вам в Анкону с нарочным же курьером и, от вас по-

луча рапорты, возвратиться в Неаполь, а оттоль господин

Сорокин должен доставить ко мне. Еще напоминаю по сему

повелению, ежели графа Войновича в Анконе не случится, исполнить

тому, кто начальствует в оном месте, а также о подлежностях

доставить уведомление к нему и к прочим командующим

фрегатам и особо о том, что должны фрегаты по крайней мере, ежели

не могут успеть, притти хотя в первых числах апреля в Корфу;

весьма нужно, ежели можно успеть, притти безопасно ранее, чем

скорее можно фрегатам сюда притти, тем лучше и удобнее может

исполниться высочайшее мне предписание о потребностях.

Фрегаты здесь я могу исправить всеми надобностями, а в Анконе

нужно поправить их столько, чтобы сюда дошли безопасно, но

ежели удобно и возможно, то весьма хорошо, ежели там

поправятся надежнее, исполните все оное по случаю возможности и

обстоятельств, чего я ожидаю. Ежели фрегатов неможно ничем

исправлять в Анконе, то тем больше нужно скорее поспешить

прибытием в Корфу, чтобы было время без замедления здесь их

поправить.

Государь император, усмотрев из донесений адмирала

Ушакова, что суда на Черном море и в Средиземном до того

повреждаемы бывают червями, что обшивка почти отваливается прочь

и потому самые корабли подвергаются чрез то опасности,

высочайше соизволил, все корабли и фрегаты 50- и 44-пушечные,

имеющие строиться в тамошних портах, обшивать медью, для

чего Адмиралтейств-коллегий, сделав распоряжение, откуда

удобнее можно было получать медь, где оную приготовлять

к делу сему и во что будет стоить каждого из оных судов

таковая обшивка, представить на высочайшее усмотрение.

Почтеннейшее письмо вашего превосходительства от 2/14 сего

течения вчерашний день я имел честь получить, по сходству

извещения оного с означением в нем высочайшего к вам именного

повеления, что два баталиона, под командою генерал-лейтенанта

Бороздина первого состоящие, остаются для составления

гвардии его сицилийскому ведичеству, и по сходству партикулярных

писем к означенному господину генерал-лейтенанту Бороздину,

ко мне и к неаполитанскому консулу, изъясняющих, что об

отсылке оных войск в Неаполь высочайшие повеления его

императорского величества чрез неаполитанского курьера, в Петербурге

бывшего, провезены в Неаполь и в Палермо, решился я оные

два баталиона переправить из Корфу в Бриндичи, где ожидает

их нарочно присланный от короля министр по военным делам

кавалер Мишеру к препровождению в Неаполь. Я решился сие

отправление сделать больше к тому, что провиантов для

продовольствия оных войск здесь нет, на ескадре выходит уже

последнее в расход, и чтобы всем вообще не потерпеть от голоду

бедствия. По получении же от вас означенного уведомления

партикулярным письмом должен увериться, что точно те повеления

посланы, ибо и из Петербурга генерал-лейтенанта Бороздина

письмами сходно же уведомляют о отправлении сих высочайших

повелениев. Я опасался, ежели из Палермы пошлются ко мне

морем или сухим путем, что могут быть в дороге замедлены,

а сим предупреждением кажется за верное, [что] ошибки не

последует, а из того могу я выгадать две пользы — первое, что

служители оные сойдут с моего попечения от продовольствия

провиантом, а второе — после отправления их в Бриндичи на

ескадре гребного флота под командою флота капитана 1 ранга

и кавалера Пустошкина, оная ескадра останется свободною

к скорейшему отправлению в черноморские порты, и на ней же

можно будет отправить несколько войск трех баталионов князя

Волконского третьего, следующих к доставлению в Одессу, чрез

то и сии войска по скорейшему отправлению их также от