иттить не могут. Письмо шхипера Фоки в оригинале и копию

с письма моего, к сераскиру-бею писанного, и письмо консула

Никацы прилагаю и прошу ваше превосходительство обо всем

оном объясниться Блистательной Порте, дабы посланы были

военные суда сих общественных разбойников от здешних мест

отделить и воспретить им грабежи и разбойничество, ими

чинимые; суда, взятые ими в плен, от них отобрать и возвратить,

кому они надлежат. И имею высочайшее предписание от

государя императора охранять неаполитанское владение и Сицилию,

но сии разбойнические суда более всех нападают на берега при

Отранте, Бриндичах и Манфредонии, берут великие суда в плен

и на берегах грабят и забирают людей; ото всего оного

злодеяния я должен их защищать, но по существующей дружбе с Пор-

тою, не почитая их неприятелями, не осмеливаюсь производить

на них действия, но за всем тем принужден буду употреблять

противу их строгие способы, буде Порта Блистательная их не

уймет; я, выгоняя их, прикажу брать их в плен, а случится

в противоборстве может быть и потоплены будут, и чтобы в

таком случае взыскиваемо не было, прошу и ожидаю скорой от ва«

шего превосходительства решимости, как с сими разбойниками

поступать должно, и будут ли Блистательною Портою

возвращены те суда, которые алжирцы забрали в плен, или позволено

ли будет брать их самих пленными во отвращение страшных

злодейств, ими чинимых .

Федор Ушаков

Милостивый государь мой, Василий Степанович.

В Занте было весьма спокойно, почти ежедневно получал я

благодарность за введение доброго порядка, но после получения

известия о новой конституции открылись некоторые лукавцы,

худо мыслящие и вредные обществу; начали наносить разные

беспокойства, своевольство и вымышлять ложные жалобы на

господина Тизенгаузена под именем президенции. Напротив коих

дошли ко мне также от президенции и почти от всего общества

сильнейшие на оных жалобы за худые их поступки,

неправосудность и предприятия. Комендант, в Занте находящийся, флота

господин капитан-лейтенант Телесницкий, предвидя народные

сборища, общее роптание, клонящееся к открытию возмущения

противу таковых неправосудных и худомыслящих партизанов,

просит как наискорее прислать господина Тизенгаузена в Занте

для предупреждения такового нещастия и удержания острова

в тишине и спокойствии. Я поспешу все это чрез Сенат

исполнить. Из таковых вредных людей, оказавшихся неправосудных

интересантов, двое господином 1 изенгаузеном сменены со своих

мест и определены на место их достойные, сходно, как в

конституции положено, таковых переменить немедленно. Сии вредные

и беспокойные люди вымышляют чрез своих друзей, себе

подобных, ложные сочинения и намеряются послать к вам именем

президенции против господина Тизенгаузена, но все сие ложно.

Прошу в таковых случаях ничему не верить и к сохранению

спокойствия в островах прошу от себя дать знать Сенату. Все,

что по сие время к общей пользе островов мною и по повелению

моему капитан-лейтенантом Тизенгаузеном учреждено и

восстановлено, все оное подтвердить. Всех таковых беспокойных людей

усмирить строгостию и воспретить всякое буйство, ими

начинаемое, а инако острова не могут быть спокойными. Да и я в

противном случае принужден буду их бросить. Тогда непременно

общее бедствие их постигнет, и все таковые замыслы нижний на-

род преодолеет непременно, естли только я не буду иметь

старания содержать их в страхе и спокойствии. Естли к вам дойдут

какие жалобы, покорнейше прошу отвечать строгим вашим

запрещением, чтобы впредь не осмеливались чинить оные, а были

бы послушны учреждаемому порядку, и тем начинающееся

беспокойство можно будет прекратить. За уведомление также

вашему превосходительству объявить честь имею: из Занте

находится в Константинополе в числе депутатов г[осподин] Николо