Александрии пять фрегатов и другие суда французские все без

изъятия достались в руки англичанам. По сему, ваше

высокопревосходительство, сами видеть изволите, что фрегаты наши

столько же ненужны теперь в Египте, сколько были надобны по

прежним обстоятельствам, по которым, не сумневаюсь я, что

была вам предписана експедиция тех фрегатов к коммодору

Смиту, которая по нынешнему положению дел и по

ненадежности сверх того ваших фрегатов столь вам трудна и опасна

кажется.

О возвращении Мустафе-паше Дельвино — столичного города

его провинции, стараться я не премину. Ваше

высокопревосходительство можете заключить о свойствах правительства

здешнего из того, что город Дельвино отнят был Али-пашою у Му-

стафы-паши не только без согласия, но противу воли Порты,

которая узнала о том случайно тому 2 месяца от неаполитанского

посланника. Я прежде к вашему высокопревосходительству писал

и ныне повторяю вперитьх новому правительству островов Ве-

нецких, чтобы оное ни мало подобострастия не оказывало к

туркам на случай каких-либо с их стороны несправедливых затей

или притеснений, но приняло бы за правило сопротивляться

оным гораздо более на деле, нежели на словах, ибо силы сей

империи давно уже оскудевать начали и остается только один

чин и наружность, которых нарушать не должны1. Вследствие

чего, естли бы сенат мог в самой пристани сжечь все суда Али-

паши за крейсирование его в островах Венецких или, захватя

оные, поступать, как с разбойниками, також выгонять гарнизоны

турецкие, где они ведут себя беспорядочно и сопровождая по

вышесказанному действия таковые жалобою и требованием

сатисфакции, то все сие сходно будет с существом правительства

турецкого и худых последствий не произведет, напротиву того,

нет ничего вреднее с турками, как уступчивость и снисхождение.

Само по себе разумеется, что при наичувствительнейшем

отмщении за обиду должно тем более соблюдать в жалобах и в

требованиях удовлетворения тон, достоинство империи не

нарушающий и ласкательствующий тщеславию турок.

Несколько дней пред получением писем ваших рейс-ефенди

просил меня написать к вашему высокопревосходительству, чтоб,

следуя в отдаленные края с ескадрою оттоманскою, потщились

сохранить с Кадыр-беем прежнее доброе согласие и дружбу и

еще, чтобы накрепко от вас приказано было остающимся

начальникам в островах иметь попечение о соблюдении такового же

согласия меж обывателей и турков, которые, как уже нам

известно, по необузданности своей подвержены шалостям. Я

обещал писать, и потом депутат граф Ловердо открыл мне, что при

самом отъезде его из островов обыватели убили и ранили до

10-ти турков, которые хотели увезти мальчиков, а в другом

месте муж за непочтение к жене отрубил турку руку. Если бы

и более того было сделано, то сие ни мало не вредно, а паче

полезно быть может. Но должно много жаловаться и требовать

удовлетворения.

Имею честь быть и проч.

От командующего десантными войсками в Неаполе флота

капитана и кавалера Белле о состоянии команды, ему вверенной,

табелей во все время я не получил ни одной.

Следовательно, о числе служителей сведения не имею. При

разных сражениях и атаке крепостей в рапорте его означалось

число убитых и раненых, а именами не показаны, кто убиты и

кто ранены, следовательно, и мне рапортовать в вышнее

начальство нельзя, и не известен даже обер-офицер убитый, но кто

именно, и о том не показано, да и донесения о действиях,

обстоятельства описаны весьма недостаточно. Господин Белле

относился мимо меня к министрам и требовал донесения государю

императору, а ко мне никакого сведения не доставил, а ныне

которое я получил, то никакой аккуратности в нем нет, и реляции

к государю из оного донесения сочинить неможно; хотя дела его

и войск, ему вверенных, и весьма хороши и достаточны, но чрез