нестарательность о письме не могут быть в представлении моем

описаны, как бы желалось; доставьте мне обо всем

обстоятельное сведение. Он везде писал, что делал он, а прочих союзных

почти не поминал, что те делали. В капитуляциях везде сделал

он упущение, все написаны они в пользу англичанам, а он не

старался к своей и государя императора чести и славе. Я со

своей ескадрою отсель вскорости отправлюсь в Неаполь и там

надеюсь с вами видеться, между тем, ежели не успеете доставить

рапорт ваш ко мне, приготовьте все к моему приходу в Неаполь.

По выходе с отделением в море плавание имел и Неаполя

достиг благополучно. Во время плавания замечено: на вверенном

мне фрегате «Св. Михаил» течь умножается в равномерный ветр

и в малое волнение в 8 часов от 26 до 40 дюймов, а ныне

в сутки около 12 дюймов. Уповательно, сия течь происходит от

червоядения, ибо фрегат имеет обшивки, как внешнюю, так и

внутреннюю большею частью сосновые. Командиры фрегатов —

«Св. Николая» капитан Марин и «Григория Великия Армении»

капитан Шостак — рапортами доносили: первый, что во время

плавания примечена течь до 1V2 дюймов в час и оторвало в

носовой части фальшивую обшивку пять поясов, которую, видно,

что уже гвозди от перержавчины не могут держать; также

переломился у него грот-марса-рей от гнилости; второй, [что] во

время плавания в брамсельный ветр происходила во фрегате течь

в 4 часа 8 дюймов, в марсельный— 15, а в риф-марсельный

в каждый час прибывало по 24 дюйма, которая не от чего иного

происходила, как от гнилости в пазах...1

Лондонский двор испросил от Порты Оттоманской

дозволение навербовать две тысячи албанцев, к которым назначенные

от того двора офицеры, амуниция и проч[ее] имеют быть

присланы в Корфу, яко в удобнейшее и безопаснейшее место. По

представлению ко мне английского министра прошу ваше

высокопревосходительство истребовать от сената агличанам

всевозможное дружеское пособие в возложенном на них служении, яко

в деле, в успехе которого по высочайшему повелению и я

участвовал. Драгоман Порты просил было меня назначить для

собрания албанцев рандеву в острове Корфу. Я в том извинился не-

субординациею албанцев и недоверенностью к ним обывателей за

худое поведение их пред сим во время блокады тамошних

крепостей, находя притом удобнее означить тот рандеву в одном из

портов на берегу Албании, и оставляю, впрочем, сенату решить

сие иначе, но депо нужной амуниции, квартирование офицеров

аглинских и сохранение определенной на сие суммы не может

быть [нигде], как в городе Корфу, где имеются магазейны,

которых отводу агличане будут требовать, и домы для их

квартирования.

По прибытии в Палермо получил я из Неаполя от капитана

Белле августа от 19-го числа рапорт1, коим доносит, что июня

19-го числа со вверенными ему десантными войсками приступил

он к атаке крепости Сант-Ельма вместе с английскими и

португальскими войсками, высаженными с ескадры лорда Нельсона,

и с поспешностью с левой стороны крепости построил батарею

для четырех мортир и начал бомбардировать крепость. После

сего построил вторую батарею для четырех 33-фунтовых пушек

и производил жестокую канонаду 25-го, 26-го и 27-го числа,

в которое время противу оных на крепости разбил амбразуры,

и пушки неприятельские остались без действия; 28-го и 29-го

числ жестокой канонадою сделана брешь в крепости; в то ж

время англичаны и португальцы с другой стороны устроили

з разных местах батареи и производили пальбу на крепость.

Неприятель, устрашась готовящегося на крепость штурма, вы*

ставил белый флаг, просил о договоре. Крепость от него нашими

войсками вместе с союзными принята на капитуляцию. Гарнизон

сдался военнопленным и отправлен в Тулон. Во время сего