– Сможете построить план лагеря?
– спросил Виская, устанавливая на стол переносной комм.
– Включив компьютер, он вывел на экран карту долины реки Мансанарес.

– Лагерь вот здесь, - Вильямс увеличил масштаб карты.
– Разрешите, гражданин полковник.

Виская поморщился, услышав революционное обращение. Но отошел от комма, давая перебежчику возможность нарисовать план лагеря.

– Надо прекратить это, господин полковник, - сказал Давила.
– Взять лагерь. Освободить смертников.

– Сами мы с этим не справимся, - заметил Педро.
– Придется обратиться к военным.

Он нахмурился.
– Давненько я не виделся с господином Головиным.

31.

1 мая 2771 г. Остров Эспаньола, планета Ла-Магдалена.

Педро казалось, что со дня их последней встречи постаревший на семь лет и поднявшийся на два чина Дмитрий Головин почти не изменился. По-прежнему, даже в походных условиях, командующий был безупречно выбрит и облачен в чистую полевую форму. Только в волосах и аккуратно подстриженных усах - ранее угольно-черных - засверкала седина.

– А вы совсем не изменились, полковник Виская, - усмехнулся фельдмаршал.
– По-прежнему вмешиваетесь в вопросы вне вашей компетенции. Ну, шутки в сторону. Освобождение заключенных - задача для штурмовиков. Отправьте перебежчика в мой штаб - его показание пригодятся при разработке операции.

– Прошу вас, господин фельдмаршал, позволить мне принять личное участие в операции.

– Это невозможно, полковник, - нахмурился Головин.
– Похоже, вы не осознаете свою важность для нашего дела. Вы - единственный человек на этом м... богоспасаемом острове, которого уважают и крестьяне и знать. И поэтому вы мне нужны живым.

Вискайе, само собой, было приятно слушать признание своих заслуг от человека, который (как ему было отлично известно) привык не хвалить, а придираться. Но с другой стороны, новый статус почти наверняка должен был принести Педро больше неприятностей, чем выгод.

– Господин фельдмаршал, для Гражданской гвардии участие в освобождении заложников - дело чести, - сказал он.
– Вот и майор Давила рвется принять участие в операции.

– Майору я разрешаю участвовать, - сухо сказал командующий.
– Вам - нет.

На минуту в кабинете установилось молчанье.

"Самое время проявить христианское смирение", - подумал Виская. Встав, он надел кепи и взбросил руку к виску.

– Честь имею, господин фельдмаршал!

32.

9 мая 2771 г. Остров Эспаньола, планета Ла-Магдалена.

– Готов, гвардеец!

– Как говорил барон Баден-Пауэлл, всегда готов!
– отшутился майор Пабло Давила. Автопереводчик в его шлеме исправно повторил его слова по-русски.

Офицер гвардии в полевой форме и шлеме странно смотрелся рядом с закованным в бронескафандр офицером штурмовиков. Но, по крайней мере, вместе с десантниками 76 русской бригады Звездной пехоты, освобождать жителей Эспаньолы будет один Ла-Магдаленский гвардеец. К тому же, если операция пойдет по плану, броня ему не понадобится.

Десантный шаттл мчался над поверхностью реки Мансанарес. Исток реки крылатые машины миновали без потерь: позиции ПВО Альянса на берегах озера Тесоко были заранее подавлены имперскими москитами. И теперь восемнадцать десантных катеров штурмбата и тридцать тяжелых транспортных шаттлов неслись по тылам мятежников, приближаясь к "лагерю смерти".

Пабло сидел в кабине "командирского" десантного шаттла позади пилотов, рядом с командиром штурмовой роты капитаном Булавиным. Через фонарь кабины была хорошо видна темная река, текущая к морю под звездным небом.

Пабло перестроил свой шлем в режим ночного видения; и река озарилась призрачным зелёным светом. По комму прозвучала короткая команда, и катер повернул направо, и, перевалив через гряду холмов к востоку от реки, помчался на юг, прижимаясь к земле. Теперь вершины холмов по правую руку были выше шаттла. "Уклоняются от радарного поля, - подумал Давила.
– Ловко".

Через минуту прозвучала команда: - Всем приготовиться!

Катера повернули налево, и, проскочив над холмами, вновь помчались над рекой. Впереди в зеленом свете ПНВ был виден лагерь смерти - ряды бараков, окруженных двойным забором из колючей проволоки, с вышками по углам. Несколько бараков были выстроены между двумя линиями колючки.

– Атака, - прозвучал приказ комбата. Шаттл наклонил нос; ракеты сорвались с направляющих и обрушились на высоту к югу от лагеря, мгновенно скрывшуюся в яркой туче объемного взрыва. К счастью, шлем автоматически отрегулировал яркость - иначе вспышка ослепила бы Пабло. А вот расчётам ракетомётов на холме уже ничего не могло помочь....

Шаттл промчался южнее лагеря. Застучал тяжелый пулемет: бортстрелок вел огонь по сторожевым вышкам. С одной из вышек ударил пулемет, но трассы прошли над катером. Ответная очередь покончила с вражеским стрелком.