В его глазах заиграли блики света, отчего в душе становилось тепло. Странно тепло, как и от взгляда Марата. Эти двое явно, что-то меняли в ней. Меняли то, что больше всего боялась потерять Вася – холод. Холод ко всем, который руку об руку с одиночеством спасали её.

– Какое? – не спуская нахмуренного взгляда с Ника, фыркнула она. Волосы лезли в глаза, и ей пришлось одной рукой кое-как поправлять копну волос. Тут-то ей и пришёл на помощь до того молчавший Марат. Он бережно поправил Васины волосы. Одно касание, снова заставило упасть в бездну воспоминаний. Паша, его тёплые пальцы, которые постоянно убирали с её шеи волосы. Его тёмные волосы, ментоловый аромат парфюма.

– Мы хотим тебе помочь, - произнёс Марат, выводя её из ленты воспоминаний.

Теперь она нахмурилась глядя на него.

– Зачем?

Ник спустил улыбку, а затем приблизился к ней на пару шагов. Между ними осталось всего-навсего полметра.

– Затем, что с тобой поступают незаслуженно, - серьёзно ответил Ник.

– Да что ты знаешь? – усмехнулась Вася, но строгий взгляд Марата, выветрил из неё насмешку.

– Дело не в этом, Вась. Дело в том, что она тебя пытается унизить. Ты это заслужила? – спросил он, находившийся всего в десятке сантиметрах от её тела.

«Заслужила? Да кто вы все? Почему вы лезете в мою жизнь?» - кипели вопросы, которые Вася с усердием постаралась не выболтнуть.

– Разговор окончен, - она развернулась, и, прибавив шаг, стремительно ушла.

Марат взглянул на Ника, и одним взглядом дал понять, что не надо за ней бежать.

В её голове не укладывалось, почему ей уделяют столько ненужного внимания. Она могла сама всё уладить. Зачем вмешиваться? Не было в те горькие пять месяца, когда она все исправляла, плотно запихивала в голову ледяное отношение ко всем.

Ноги уж упрямо несли к торговому центру. Сегодня смена Васи и сегодня пятница – один из загруженных дней недели. Маринка, как всегда, была у кассы. Её правильная улыбка и добрый взгляд почему-то на минуту сбили пыл, с которым Василиса мчалась в бутик.

***

Апрель 2012.

Настал вечер. Глухой, спокойный. Уже второй вечер дома. Одна, а кругом разбросаны обёртки от конфет, таблетки валерьянки, изорванная пачка сигарет, которая мозаикой украсила плед. За окном садилось солнце, окрашивая небо в красный цвет.

Пальцы до сих пор дрожали. Она не могла забыть взгляд Рэны, с которой они были ближе даже чем с Миркой. Как она могла так поступить? Как она могла отмолчаться? … Но это был её выбор, может, сложный, может, и нет. К сожалению, это не могло убрать привкуса предательства на губах Васи. А ещё и не убрать разочарование. Василиса знала о решении Рэны, но до последнего верила, что она не окажется той змеёй, которую пригрела Вася в своё время. Когда именно Василиса первая начала общаться с Миркой, а уже потом к ним прибавилась Рэна, не без помощи Васи.

А теперь что? А теперь все иначе. Первый шаг уже сделан, дальше по логике, должно быть, легче. Она была в этом уверенна. Васю и не смутило то, что за драку могли исключить из университета. Для неё было бы так даже лучше. Тогда она бы смогла начать жить заново, перевернув исчёрканную страницу. Но какое решение приняли в кабинете директрисы, Василиса не знала, и не хотела.

В коридоре послышались стуки каблуков. Это означало одно – вернулась мать. Вася рассмеялась, вспоминая, как мама бегала к директору школы, когда она с мальчишками в коридоре играла в сифу и разбила окно, и, убегая, врезалась в завуча. Тогда Вася так хохотала, что мальчишки, которые с ней стояли вдоль стены в директорском кабинете, залились смехом, заставив родителей грозно на них покоситься. Сейчас она себя чувствовала в таком же положении, и почему-то хотелось вернуться в ту пору и снова поиграть в сифу, как раньше.

Стуки заменились шарканьем тапочек, и вот мать открыла дверь и застала Васю, которая лежала на кровати и давилась хохотом.

– Ты что-то принимала?! – с безумными от гнева глазами ринулась она к ней и взяла за шиворот футболки. – Слышишь меня! Я с тобой разговариваю!

Вася на миг застыла от такого напора, приподняв бровь от удивления. Она знала, что мать придет и будет её отчитывать. Но тот факт, что мама будет подозревать Васю в употреблении наркотиков, снова заставило Васю рассмеяться. Мать не выдержала и, замахнувшись, ударила дочь по щеке. Хлыст кнута. Тогда Вася именно почувствовала это. И роль палача сыграла её же мать. Вася на миг застыла, щека зарделась и глухо запульсировала током. Она, проведя по щеке рукой, поползла к другому углу кровати, словно побитый щенок, но жестоко смотрящий на своего обидчика.

Мать взглянула на свою руку, а затем на щёку дочери, но не сменила взгляда. Наряду с запоминающимся на всю жизнь кабинетом директрисы, стуком каблуков, она и запомнила этот взгляд, наполненный стыдом, жалостью, и злом.

– Ты что-то принимала, Василиса? – снова спросила она, как и подобает ей, от напряжения выгнув спину.

– Принимала! И ещё я Мирославу всем любимую искалечила, и Рэне нанесла травму всей жизни! – крикнула, Вася и, встав, рыком обогнула мать, что та не успела её остановить.