зрения, подумала она. Но сейчас слишком поздно, чтобы пытаться связаться с Китом.

Мне нужен Пралайя, думала она. Нужно его умение видеть и анализировать

альтернативные вселенные, он отлично с этим справляется, тут не может быть и двух

мнений. Она собиралась воспользоваться любой доступной помощью.

Но Кит тоже хотел бы пойти, подумала она. Я не могу запретить ему. И, ох, мне

нужна его помощь.

Но у него было еще меньше опыта в обращении с Ядрами, чем у нее. А если он

действительно присоединится к ним, то что, если он сразу распознает, кто скрывается

внутри Пралайи?

От подробностей этой странной связи у нее голова шла кругом. До сих пор Одинокая

Сила обычно являлась как жестокая и разрушительная сила, сметающая все на своем пути.

Нита, впрочем, знала, что Она могла действовать весьма утонченно при желании. Но

никогда и представить себе не могла ничего подобного. И вне зависимости от способа,

которым Она воздействовала на этого волшебника, если Кит распознает Ее присутствие в

Пралайе, он придет в ярость, что Нита продолжает работать с ним. Он просто не сумеет

понять причин этого, подумала она.

Он сможет понять, если ты объяснишь ему, пронеслось на задворках ее сознания.

Но Нита уже начала выстраивать объяснения в своей голове, и, чем больше она

старалась, тем более они походили на попытки оправдать перед Китом то, что она

продалась Одинокой Силе.

И что, если он прав...

Она перевернулась и уставилась в потолок, в ее голове бурлило несколько вариантов

диалогов, причиняющих немалые страдания. Спасти ее маму... и потерять волшебную

силу.

Стоит ли оно того? Раньше, когда Нита только-только начинала, она сразу бы ответила

" Нет! ". Клятва казалась тогда такой ясной, разница между добром и злом была

кристально видна.

Но сейчас...

Речь шла о ее маме.

Она просто не могла представить себе жизнь без этого безмятежного танцующего

присутствия. Ее мама всегда была здесь, она стояла за всем, присутствовала во всем. Сама

мысль о том, что ее может не быть, вызывала ощущение гнетущей пустоты: никогда не

услышать ее голоса, подшучиваний, покрикивания при необходимости, тихого напевания

себе под нос - никогда больше...

По крайней мере, с этой стороны Сердцевины Времени.

Обычно было приятно думать о Сердцевине Времени, где все сущее сохранялось в

своем идеальном состоянии в центре всего. Но Сердцевина Времени казалась лишь

отдаленной уверенностью в лучшем, отдаленной возможностью, особенно когда ты в

циничном и подозрительном настроении. Это была абстракция, не имеющая ничего

общего с реальностью конкретной женщины, которая еще неделю назад вдохновенно

кружила по кухне. Которая всегда была рядом, чтобы обнять Ниту, которая все понимала,

когда ты рассказывала о травле в школе или плохих оценках, и даже о волшебстве.

И теперь... если я сделаю это... я сдамся.

Но зато она останется здесь.

Тем не менее... отказаться от всего... От одной этой мысли во рту возникал горький

привкус. Окна в сотни тысяч иных миров, а также еще одно, особенное личное окошко

будут навеки закрыты для нее, и даже памяти об этом не останется, только глухая

непонятная боль на дне сознания, там, где когда-то было волшебство. Так много людей

страдают от нее, полагая, что это нормально. В конце концов, Нита просто станет одной

из них. Единственное, что она сможет вспомнить, так это "славные добрые деньки,

проводимые в играх с Китом". Вот все, что у нее останется: воспоминания о детских

фантазиях.

А он будет по-прежнему помнить реальное положение вещей и, когда Нита будет