– Папа позвонил в школу, - произнес голос Дайрин. Нита подняла взгляд и увидела

сестру, сидящую на ее стуле, положив ноги на стол, на ней была надета только футболка

их папы, что заставляло ее выглядеть особенно маленькой и неприкаянной.
– Он попросил

освободить нас от занятий из-за завтрашней операции.

Нита опустилась обратно на подушку, страстно желая снова провалиться в сон...

несмотря на то, что это не приносило облегчения, спать было легче, чем бодрствовать.

– Дайри, - спросила она, - ты смогла бы отказаться от своей волшебной силы, если бы

это помогло вылечить маму?

Ее сестра где-то с минуту смотрела на нее в полнейшем шоке и молчала. Для Дайрин это

был своего рода рекорд.

– Это то, что ты собираешься предпринять?
– спросила она наконец.

– Я не знаю.

– Я...
– проговорила Дайрин, - я...

Тут она запнулась, ее глаза наполнились ужасом. Нита кивнула.

– Ты уверена, что это сработает? - спустя некоторое время спросила Дайрин. Нита

покачала головой.

– Никакой уверенности, - ответила она.

Дайрин подтянула колени повыше под огромной мешковатой футболкой и, обняв их,

просидела так довольно долго. Потом она подняла взгляд.

– И тогда все это исчезнет?

– Все, - сказала Нита.
– Все, что связано с магией, пропадет навсегда.

Дайрин спрятала лицо в руки, минута проходила за минутой... Когда она, наконец,

подняла голову, лицо ее было мокрым.

– Если ты серьезно...

Нита снова качнула головой.

– Я бы скучала по тебе, - произнесла Дайрин.

– Я бы никуда не делась, - ответила Нита.

– Ты понимаешь, о чем я говорю.

Нита кивнула.

– Угу, - сказала она, - я бы тоже скучала по тебе.

Затем Дайрин поднялась и вышла из Нитиной комнаты, спустившись вниз по лестнице.

Нита могла бы успеть сделать за день что-то еще, кроме работы с Учебником, пытаясь

оценить эффективность своей работы с Ядрами и тонко настраивая заклинания, которые

должна была использовать для работы с мамой. Но та проблема, которую она все никак не

могла решить, вклинивалась между ней и подготовкой к лечению, и негде от нее было

спрятаться, негде передохнуть.

Еле слышный хлопок на заднем дворе принес Ните почти желанное отвлечение. Но ее

сердце словно сжала холодная рука. Кит. Как я смогу объяснить ему происходящее?

Это просто несправедливо, подумала она. Несчастье, случившееся с мамой,

затрагивает все. Даже то, чему я должна быть рада, сейчас приносит лишь боль.

Она слышала шум открываемой двери, как Кит что-то сказал Дайрин на кухне, затем

шаги на лестнице и скрежет когтей, производимый несущимся Пончем. Пес первым

добрался до ее комнаты; он пронесся мимо Кита и бросился к Ните, положив на нее лапу.

– Мы пришли с хлопком!
– сказал он.

– Да, я слышала, здоровяк, - ответила Нита и подняла взгляд на вошедшего Кита,

который присел на кровать.

– Как дела?
– спросил Кит.
– Закончила с подготовкой?

– Да... с последней ее частью, я думаю.

Он выглядел встревоженным.

– Этого точно будет достаточно? Ты уверена, что готова?

В ответ она спрятала лицо в ладони и потерла глаза, стараясь, чтобы это не выглядело

так, будто она избегает его взгляда.

– Я не знаю, - сказала она.
– Но у меня больше нет времени.

– Кажется, ты и правда больше не можешь тянуть с этим, - сказал Кит, выглядя при этом

так, словно он постарался сказать то, что Нита хотела от него услышать.

– Нет, - сказала она уныло. - Самое лучшее время для вмешательства - это когда мама

будет под анестезией; даже во время сна есть шанс, что она будет достаточно в сознании,

чтобы осознать, что происходит. Это может привести к определенным трудностям.

– Что ж, - сказал Кит, - если ты подготовилась настолько, насколько это вообще

возможно... Я полагаю, больше ничего не остается, кроме как ждать.