Орас. Ну, а дальше что? Надеюсь, вы пошли дальше своей дорогой?

Роменвиль. Я-то пошел своей дорогой. Но как вы думаете, что выкинули эти помешанные? Бросились с рыданиями друг другу в объятия. Оказывается, они вместе учились музыке в Мобежском музыкальном училище, Вот уже двадцать лет, как они оплакали друг друга. И н`a тебе - обе живы, здоровы! Я не успел вмешаться. Они прижимали друг друга к груди, и каждая рассказывала историю своей жизни. Слава богу, обе говорили разом - они не сразу разберутся, что к чему. Так или иначе, у нас одни выход - спастись бегством! (Изабелле.) Живо переоденьтесь! А я скажу, что вы захворали, получили телеграмму, что ваша бабушка при смерти, а я не хотел нарушать всеобщее веселье - словом, я что-нибудь придумаю. Я тоже не лишен воображения! Нельзя терять ни минуты. Живо переодевайтесь!

Орас. Ни с места! Я вам запрещаю.

Мать (постучавшись, входит, шаловливо). Ку-ку! Вы слышали радостную новость?

Орас (идет к ней). Слышали! Что вы натворили? Что вы наболтали?

Мать. Ах, дитя мое! Какая сладостная утеха - дружба! Ты помнишь, я рассказывала тебе о Жеральдине Капюла? Я считала ее умершей, а она, душенька моя, жива! Вы спрашиваете, мой друг, что я ей рассказала? Да, разумеется, все, все без утайки. И о моем несчастном браке, и о моей загубленной музыкальной карьере, и о моих обманутых надеждах. Ах, друзья мои, вы не знаете, чем была для меня Жеральдина! Обе блондинки, обе романтичные до безумия, - нас принимали за сестер.

Орас. Как вы объяснили, почему вы очутились в замке?

Мать. Да самым простым образом! Ах, мсье, неужели вы думаете, что меня так легко застигнуть врасплох? Я сказала ей, что играю в оркестре.

Орас и Роменвиль. Уф!

Мать. Но она мне не поверила. Я попала впросак: оказывается, в оркестре одни негры. Тогда знаете, что я сделала? Жеральдине я доверяю, как самой себе. Я заставили ее поклясться нашей старой дружбой, что она навеки сохранит тайну, и рассказала ей все.

Орас и Роменвиль (с испугом). Все?

Мать. Все.

Роменвиль (Изабелле). Немедленно переоденьтесь!

Орас. Подождите, но что - все? Вы же ничего не знаете.

Мать. О да, но вы же знаете, какая я фантазерка! Большое дитя! Я неисправима. Я сочинила целую сказку!

Роменвиль. Сказку?

Орас. Какую сказку?

Мать. Ах, целую поэму. Чувствую, что вы меня будете бранить!

Орас. Да что же вы сказали, в конце концов?

Мать. Ах, ничего особенного, бредни, грезы, мечты! Я сказала, что вы влюблены в малютку и выдали ее за племянницу Роменвиля, чтобы пригласить в замок.

Изабелла (кричит, залившись краской стыда). Мама, как ты могла?

Роменвиль. Несчастная! Дорогой Орас, в настоящую минуту вашей тетке все известно. Не знаю, что намерены делать вы, но я удираю. Что поделаешь, я больше никогда не увижу госпожу Демерморт. А вы живо переодевайтесь.

Орас (идет к выходу). Надо найти Капюла и заставить ее молчать.

В дверях он сталкивается с г-жой Демерморт, которую везет в кресле Капюла. Орас с Роменвилем стараются заслонить мать Изабеллы, чтобы ее не было видно.

Г-жа Демерморт. Куда вы, милый Орас? Я хочу взглянуть на мою юную гостью. С какой стати вы прячете ее в этом темном углу? А вам, дорогой друг, позвольте сделать комплимент.

Роменвиль (вздрогнув). Комплимент? Какой еще комплимент?

Г-жа Демерморт. Она прелестна, Роменвиль!

Роменвиль. Нет-нет!

Г-жа Демерморт. То есть как это - нет?

Роменвиль. Вернее - да.

Г-жа Демерморт. Как она себя чувствует?

Роменвиль. Как раз в данную минуту очень плохо. Она захворала.

Г-жа Демерморт. Что вы мне сказки рассказываете? Она цветет как роза. Первый же танец ее вылечит.

Роменвиль (не соображая больше, что говорит). Она боится получить телеграмму!

Г-жа Демерморт. Что за нелепая боязнь! Какое на ней прелестное платье! Это ваш подарок, голубчик?

Роменвиль. Конечно, нет!

Г-жа Демерморт. Довольны ли вы своей комнатой, дитя мое? По-моему, она должна вам понравиться. Завтра утром вы первая увидите солнце. Скажите мне, вас радует предстоящий бал?

Изабелла. О да, мадам!

Г-жа Демерморт. Кто-то мне сказал, что это ваш первый бал.