Шрифт:
Оно…
Мешок весил килограммов сорок, я выволок его в крайне сухое и чистое место, которым проходил, и ощупал сверху донизу. Там могла быть и какая-то ловушка. Не удовольствовавшись этой проверкой, я зацепил язычок «молнии» за леску, отполз и потянул. Но и тут ничего не взорвалось…
Винтовка была передо мной, я осматривал ее в тусклом свете фонарика. «Барретт М107 А1», почему-то в песочном колере, так называемый цвет 8800. Видимо, трофейная, украинская, покупали что было. Полноразмерная винтовка с длинным стволом, прицелом Leupold и глушителем. Глушитель штатный с компенсатором…
В отдельном мешке были патроны, я пересчитал – их было двадцать четыре. Подумал взять один, но так и не решился. Патроны не пулеметные, валовые, клеймо на гильзе мне незнакомо. Не похоже на американское…
Винтовку я вернул на место, поставив рядом простейший датчик, выпаянный из автомобильной сигнализации и связанный с моими часами; там, в часах, есть такая штука, она вибрировать начинает. Это часы для здорового образа жизни, там есть биометрические датчики, и когда ты лишкаря побегал или железо потягал, оно вибрировать начинает, предупреждая: хозяин – хватит.
А меня оно предупредит, когда за винтовкой придет хозяин.
Хозяин пришел за винтовкой быстро. На следующий день…
Вибрация разбудила меня от чуткого, тревожного сна, я схватился за автомат. Потом прислушался.
Да… движение.
Я аккуратно отщелкнул вниз предохранитель автомата. На среднее – автоматический огонь. Надо поспешить. Пока он не зарядил…
Аккуратно ступая, вышел. Прицелился.
– Эй! – позвал я.
Человек в черном обернулся.
– Руки на виду держи. Попробуешь что-то сделать – я выстрелю.
– Я маску сниму…
Я сразу узнал голос.
– Снимай, Катя, снимай. И объясни мне, что ты тут делаешь.
Днепропетровск.
2 июля 2019 года
Как оказалось, в стене был еще один тайник – с парой аптечек, документами. На аптечках волонтерские знаки, не для продажи…
Катерина ездила на моей машине, той самой «Дачии», фургончике, который я купил. Мы забрали все, что было в тайнике, в том числе и крупнокалиберную винтовку. Семь бед – один ответ…
Катерина села за руль. Когда женщина за рулем, подозрений немного меньше. Я сел рядом.
– Кто ты ему?
– Славе? Я его жена, – просто ответила она.
– На самом деле?
– Да. Мы повенчались.
– Давно?
– Давно, – просто ответила она, – еще на войне.
– Ну, здравствуй… невестка.
Она ничего не ответила.
– Знаешь, кто я?
Она кивнула.
– Слава рассказывал… – промолчав, она добавила: – Я бы тебя сама убила…
– Убила – за что?
Она не ответила.
– Где вы познакомились? На Майдане?
– Нет. Правый сектор.
– Здорово. Значит, ты укрофашистка?
– Да, – легко согласилась она, – и еще рабовласница [54] .
– Тоже снайпер?
– Да… меня Слава научил. Правда, из «барретта» не умею. Как он…
Я хмыкнул… девочка, девочка. Кого ты решила этим пронять – меня?
– Тебе сколько лет? Ты ведь его старше.
– Тридцать. И мы – счастливы! – с вызовом сказала она.
54
Рабовласник – в СМИ поднялась тема о том, что каждому украинцу, что едет на Донбасс воевать, дадут двух русских рабов. Украинцы это выстебали, появился даже такой шеврон – рабовласник. На взгляд автора, в условиях гражданской войны смешного тут мало.
Бонни и Клайд, твою мать. И сразу обиделась. А еще меня пыталась цеплять. Катя, Катя… Там, где ты училась играть в игры, там я даже не преподавал, там я докторскую защищал…
– Ага.
– Слушай. Каково работать в КГБ, а? Скажи?
– Нормально работать в КГБ, – сказал я. – Мы далеко едем?
– Недалеко…
– Катя… – сказал я, – я старый и нервный человек с автоматом в руках. Близко к дому подъезжать не надо. Так что – КУДА МЫ ЕДЕМ?!!
– У нас здесь квартира… – Она назвала адрес. – У меня, точнее.
– Твоя?
– Так. Арендованная.
– Он там?
– Так…
Я хмыкнул.
– Скажи честно, тогда в офисе, кто в меня стрелял? Слава?
– Так. Он хотел тебя предупредить. Чтобы ты уезжал.
…
– Я бы не в потолок стреляла.
– Спасибо, Кать. Про твое отношение к монголокацапам я дуже розумию…
– Итак, всем внимание…
Митич появился на небольшой кафедре в брифинг-рум, справа от него был американский флаг, а слева – портрет действующего президента США. Он уже был не в деловом костюме, а в униформе, которую используют полевые агенты ФБР, не являющиеся бойцами HRT [55] , но при этом производящие аресты или участвующие в полевых операциях. То есть куртка и брюки от 5–11 [56] , кепка и тяжелые тактические ботинки. На куртке сзади есть специальный клапан на липучке, отдергиваешь его вниз, и под ним большая надпись FBI.
55
Группа по освобождению заложников ФБР, сформирована в 1984 году к Олимпийским играм в Лос-Анджелесе, проходила обучение в 22 САС. Отсюда у агентов этой группы длительное время был на вооружении пистолет «Браунинг Хай Пауэр». Это единственное подразделение правоохранительных органов США, вооруженное этим типом пистолета.
56
Известная фирма по производству тактического снаряжения в США, но очень дорогая.