Шрифт:
— Я себе места не нахожу! — простонала я.
— Зато нам больше не нужно переживать из-за всяких там котов, — заметил Райан.
— Да. Никаких больше зловещих котов. Жизнь вошла в нормальное русло, — согласилась я. — Теперь нам приходится переживать только из-за нормальных вещей!
И вот тут-то из соседней комнаты донесся вопль ужаса, да такой громкий и отчаянный, что мы сами вскрикнули.
29
Райан бросился к двери. Однако я его опередила. Оттолкнув его, я выскочила в коридор. И ворвалась в комнату брата.
— Таннер! — закричала я.
Он на коленях стоял в кровати и отчаянно грыз ногти на правой руке.
А перед ним исступленно ревел и угрожающе размахивал когтистыми лапами огромный, чудовищный кот.
— Таннер! Я думала, ты сдал его обратно в прокат! — возопила я. — Ты же знаешь, что «Кот кричит» слишком страшное кино для тебя!
— Я… я только хотел посмотреть еще несколько минуточек, — жалобно пролепетал он.
Я нажала кнопку СТОП на видеомагнитофоне.
Кот-монстр исчез.
— Ты до смерти напугал нас с Райаном, — напустилась я на братишку. — Разве можно так орать?
— Но я не мог не орать! — защищался Таннер. — Он же страшный!
Я вытащила кассету из магнитофона и затолкала ее в коробочку. Затем я положила ее на самую верхнюю полку, чтобы Таннер больше не смог ее достать.
Телевизор я переключила на канал с мультиками.
— Ты досмотришь это кино со мной? — с надеждой спросил Таннер.
— Это вряд ли, — ответила я. — Мы с Райаном больше не любим кошек.
Несколько секунд спустя мы с Райаном вышли через заднюю дверь. Я приставила руку козырьком ко лбу, щурясь от яркого солнца.
— Чудесный денек, — пробормотала я.
— Чудесный денек, чтобы опоздать на репетицию, — проворчал Райан.
Мы шли вдоль стены гаража. Я вздохнула полной грудью, наслаждаясь ароматом свежескошенной травы.
— Папа как раз подстриг лужайку, — сказала я. — Обожаю этот запах.
Райан, похоже, меня не слышал. Его взгляд был прикован к небольшому участку высокой травы, чудом избежавшей газонокосилки.
Внезапно он упал на колени и зарылся лицом в траву.
— Эй, ты что? — воскликнула я.
Райан поднял голову и повернулся ко мне. В зубах его билась жирная, сочная мышь-полевка.
— Эй, а ну отдай! — возмутилась я. — Я первая ее увидела!
Он помотал головой; мышь раскачивалась у него в зубах.
— Отдай ее, — настаивала я. Я замахнулась на него передней лапой. — Ну же, Райан. Отдай ее мне. Я увидела ее первой. Правда. Я увидела ее первой!