Фесс выдернул из рук убитого гранатомет. По весу не меньше шести килограммов. Граната кило на два тянет — мощная штука. Ловко, гады, пристрелялись. ИПРО «Муравья» зацепила одну гранату, а вторая все равно разнесла его в клочья.

Но… куда стрелял убитый? Фесс проследил взглядом вероятное направление стрельбы.

— Проклятье.

Фесс подскочил к подбитой БМП. В боку «Шельмы» вмятина и оплавленная дырочка, словно в воск воткнули раскаленный гвоздь. Кумулятивная, значит, была граната.

Перебирая пальцами по броне, Фесс обошел подбитую «Шельму». Створки десантной двери распахнуты настежь. Неброский номер над входом в машину. Если присмотреться… 482. Господи! Это же его «Шельма». Это же в ней он спустился на Свалку.

По спине пробежал неприятный холодок.

— Рядовой Инес! Почему до сих пор не покинули поле боя?

Двойное непослушание разгневало ротного не на шутку.

— Любуюсь на свою «Шельму», капитан, — бесцветным голосом ответил Фесс.

— Не залезай туда, сынок, — голос Колуна неожиданно смягчился. — Водитель погиб на месте. Операторы респов ранены. Там нечего смотреть. Уходи оттуда.

— Слушаюсь, — ответил Фесс.

Через широкий вход льется серый свет. На той стороне площади перед космопортом вовсю кипит работа, стучат отбойные молотки и гремят строительные взрывы.

Пока первый и второй взводы штурмовали космопорт, с орбиты спустились остальные силы десанта, а также техническая обслуга. Командование решило разбить базовый лагерь в непосредственной близости от космопорта.

За площадью перед космопортом в прочном скальном грунте пробили несколько котлованов и путей сообщения. Пока Фесс пересекал площадь, «Торнадо», осторожно маневрируя реактивными двигателями, опустил в квадратный котлован очередной универсальный модуль.

Всегда и везде, в любой местности и при любых условиях, базовый лагерь разворачивают по одной и той же схеме. В центре площадка для десантных челноков. В первом круге вокруг нее штаб, склады, техпомощь и госпиталь. Во втором казармы для десантников. По периметру окопы для «Шельм», «Муравьев» и космических пехотинцев. Если совсем прижмет, то десант вполне может занять круговую оборону в базовом лагере и отбиваться до последнего.

Если честно, то глубоко в душе Пятая десантная рота является полицейским отрядом быстрого реагирования. По этой причине ей придали четыре реактивных вертолета «Дрозд». Стальные птички легко бронированны и вооружены парой пулеметов калибра 15 миллиметров. Хоть ИПРО на них поставили, а то совсем полицейская модель получилась бы.

Фесс направился в модуль технической помощи. Его броник либо починят, либо выдадут новый. Над головой, оглашая окрестности ревом турбин, пролетел еще один десантный челнок.

Старший механик Бор, немолодой усатый дядька по прозвищу Шпунтик, долго разглядывал бронескафандр, цокал языком и качал головой.

— Снимай броню! — приказал старший механик.

— Что? Неужели так плохо? — Фесс принялся расстегивать зажимы.

— Плохо? — Шпунтик сделал большие глаза. — Для броника еще как плохо. А для тебя, дурень, еще как хорошо. Еще чуток и внесли бы тебя в санчасть ногами вперед. А так радуйся, несмышленыш: на своих двоих в лагерь вернулся.

Обижаться на грубые шутки механика последнее дело. Шпунтик мужик добрый, особенно если подойти к нему со стаканом чего покрепче. Но — раз сказал снимай, значит, снимай. И баста!

Фесс остался в нательном белье. Неуютно как-то. За годы учебы и службы боевой костюм стал как вторая кожа. Без него будто голый.

— Клади сюда! — Шпунтик показал грязным пальцем на верстак возле стены.

— Как быстро вы сможете его починить? — Фесс аккуратно уложил бронескафандр на металлический стол с тисками и фигурными дырочками.

— Починить? — Шпунтик страшно выпучил глаза. — Ты что, парень, не понял? Отвоевался твой броник. Хана ему! В утиль. Или на запчасти, в лучшем случае. Дуй на склад, новый получишь.

Последняя фраза прозвучала как приказ. Фесс непроизвольно вытянулся по стойке «смирно». Но утус Бор повернулся к нему спиной.

На вещевом складе выдали новый бронескафандр. Совершенно новый, муха не сидела, крыса не нюхала. От долгого хранения в складках и на упаковочной ленте скопилась пыль. Настроить броник под себя не трудно. Фесс развернул боевой костюм и слегка тряхнул его. Благо не зря, оказывается, учил назубок размеры собственного тела. Пригодилось, кто бы знал.

Фесс нашел казарму своего отделения. Как поврежденному, ему полагается маленькая привилегия — забраться в койку, пока отделение не вернется с боевого задания на отдых. Или, не приведи Создатель, ротный лично не вытащит его из постели.

Казалось бы — все беды и неприятности этого дня должны остаться там, в космопорте. Но при виде пустой койки направо от входа, Фесса аж передернуло. Вол, закадычный друг и верный товарищ, уже никогда не вернется в мобильную казарму и не завалится спать на свое законное место. И никто так и не займет его пустующую коечку, пока рота не вернется на Мирем для пополнения. Дурная примета занимать спальное место покойника.