А еще мне так и не удалось утаить от Кэма и Эвери новость о том, что мы с Джейсом уже не вместе. К пятнице, когда никто из нас уже в третий раз не явился на традиционный обед в нашем кафе, они заподозрили неладное.

Кэм припер меня к стенке, когда заглянул домой, чтобы захватить кое-что из одежды. Я сидела на диване перед телевизором, смотрела реалити-шоу «Мамы в танце» [36] в компании с пакетиком чипсов и двумя пустыми банками содовой на журнальном столике.

Он сел рядом со мной, зажимая руки между коленями.

– Ну, и…

Я шумно выдохнула.

– Да-а, – медленно произнес он. – Что, черт возьми, у вас происходит? Вы оба давно не появляетесь в кафе. Поначалу я решил, что вам просто хочется побыть наедине, что, кстати, меня здорово бесило, но с воскресенья я и джипа его не вижу здесь.

Размышляя, что лучше – увильнуть от ответа или разом покончить со всем этим, я натянула бабушкино одеяло, сшитое ею для Кэма несколько лет назад, до самого подбородка.

– Мы больше не вместе, – сказала я, как будто сорвала с кожи пластырь. И тут же расхохоталась сухим смехом. – Даже не знаю, можно ли назвать отношениями те пару дней, что мы встречались. По-моему, Бритни Спирс и Ким Кардашьян были замужем дольше, чем мы вместе.

Последняя реплика показалась мне чертовски остроумной, но Кэм выглядел так, будто кто-то только что умер у нас на глазах.

– Я так и знал. Что этот сукин…

– Я не хочу это слышать. – Я повернулась к нему, и, что бы он ни увидел в моем лице, это заставило его замолчать. – В любом случае то, что произошло между нами, не должно повлиять на вашу дружбу.

– Как это не должно? Посмотри на себя! – Брат оглядел комнату, и его взгляд остановился на пакете с чипсами и банках газировки, а потом метнулся к телевизору. Как раз в этот момент на экране появилась рыдающая девчушка. – Ты – моя сестренка, и ты сидишь здесь одна, с разбитым сердцем. Я так и знал, что он облажается, и ему тоже следовало думать своей башкой.

– Откуда ты знал, Кэм?

Он открыл было рот, но тотчас плотно сжал губы.

Я вымученно улыбнулась.

– Я знаю… про Джека. Все.

Шок отразился на его лице, и он откинулся на спинку дивана.

– Он рассказал тебе все?

Я кивнула.

– Да, рассказал. Поэтому ты знал, что он все испортит? Потому что у него есть ребенок или потому, что он все еще любит мать Джека? – Я бросила эту фразу наугад. В конце концов, я не могла с уверенностью сказать, что он все еще любит ее, просто мне так казалось. Глаза Кэма расширились еще больше, и я испугалась, что попала в точку.

– Он рассказал тебе про Кари?

– Ее зовут Кари? – спросила я.

Кэм пристально посмотрел на меня и отвернулся. Повисло молчание.

– Выходит, он не рассказал о ней? Я так понимаю, он сказал только про Джека?

– Да. – Я сглотнула, чуть опуская одеяло. – Джейс не захотел говорить о ней, когда рассказывал мне о Джеке и когда… когда сказал, что мы не можем быть вместе, объяснив, что просто еще не готов к чему-то серьезному. – Я старательно обходила стороной сексуальную главу наших отношений, поскольку Кэм не догадывался о том, что мы продвинулись так далеко. Если бы Кэм узнал, что между нами уже все произошло и что Джейс порвал со мной на следующий же день, то, наверное, ударом в челюсть не ограничилось бы. – Я спросила, не связано ли это с ней, но он все равно не стал говорить. Я думаю… что он все еще любит ее.

Кэм запустил руки в волосы, и несколько прядей встали торчком.

– Черт, Тереза, я не знаю, что сказать.

В животе образовался ледяной ком.

– Нет, ты знаешь, просто не хочешь сказать. Ты знаешь о ней, и он до сих пор ее любит, да? Вот почему ты не хотел, чтобы мы были вместе. Она…

– Была, – тихо произнес он. – Ее звали Кари, и я уверен, что Джейс любил ее, как может любить свою девушку шестнадцатилетний парень.

Мой мозг вцепился в прошедшее время. Речь явно шла не о любви, а о самой девушке.

– Что значит «была», Кэм?

Он выдохнул.

– Я никогда не говорил это ни одной живой душе, Тереза. Я не знаю, помнит ли сам Джейс, что проболтался мне о ней. Мы как-то напились и разговорились по душам… ну, помнишь, когда я сидел под домашним арестом. Он больше никогда не упоминал о ней. Говорил со мной о Джеке, но только не о ней.

Ледяной ком разрастался, но уже по другой причине.

– Кэм…

– Она погибла, сестренка. Вскоре после того, как родился Джек. В автокатастрофе.