Джейс подмигнул мне и, взяв меня за руку, повел на крыльцо. О. Вот же он, девятый олень, стоит в карауле у двери.

– Это катастрофа?

– То же самое, что бывает, когда на кухне ты. – Отец распахнул перед нами дверь. – Так что, да, это катастрофа.

Я рассмеялась, когда Джейс скорчил гримасу.

– Если подумать, ты за всю жизнь не научился готовить ничего, кроме супа из банки.

Его отец рассмеялся, и мы вошли в дом. Пахло свежей выпечкой и хвоей.

– Дорогая, вряд ли тебе захочется это видеть.

– Все не так плохо. – Джейс нахмурился, снимая куртку. – Подумаешь, один раз растопил кухонную лопатку в рисовых козинаках.

– Один раз? – Я набросила куртку на крючок вешалки. – Думаю, этого более чем достаточно.

– Боюсь, он так и не признается тебе, что пытался скормить это своим кузенам.

Я расхохоталась, когда на лице Джейса промелькнуло смущение.

– О боже, неужели это правда?

– Что такого? – Он пожал плечами и стянул с головы шапку. – Они все равно не стали есть.

– Только потому, что козинаки твои были твердыми, как кирпичи, ими можно было голову проломить, – улыбнулся отец. – Мой сын чертовски хорош во многих вещах, но кухня – это не его стихия.

– Спасибо, папа.

– Джейс! – раздался из кухни вопль Джека. – Тесс!

Мы обернулись, когда Джек рванул к нам через столовую.

– Эй, приятель! Притормози, – сказал Джейс, шагнув вперед, когда Джек чуть не боднул головой обеденный стол. – Джек, ты так…

Почувствовав, что Джек готовится к прыжку камикадзе, Джейс опустился на колени и поймал сына в тот самый миг, когда тот с разбегу на него бросился. Он обхватил малыша руками и поднялся вместе с ним. Джек прильнул к нему, и его крошечные ручки утонули в волосах Джейса.

– Я испек печенье для Санты! – объявил Джек, вцепляясь ему в волосы. – С шоколадом и грецкими орехами!

– Неужели? – Джейс чуть повернулся, крепче прижимая к себе сына. Мое сердце сжалось при виде их вместе. Хотя Джек и не знал правду, только слепой мог не заметить, как они любят друг друга. – А что насчет крендельков с арахисовым маслом? Ты же знаешь, это мои любимые.

– Мы их тоже сделали. Я уже попробовал. – Джек усмехнулся и положил голову ему на плечо.

– Попробовал? – фыркнул мистер Уинстед. – Мальчишка умял половину противня.

Улыбка на лице Джека стала шире, и тут, увидев меня, он снова оглушил всех визгом.

– Опусти меня! Опусти!

Улыбаясь, Джейс спустил болтающего ногами малыша на пол. Едва приземлившись, он тут же сорвался с места и бросился ко мне, обнимая меня за ноги.

– Привет, – сказала я, потрепав и без того непослушные вихры. – Волнуешься перед приездом Санты?

– Да! Папа сказал, что мистер Санта скоро выезжает! – Он отстранился, хватая меня за руку. – Пойдем!

Я взглянула на Джейса. Он улыбнулся и пожал плечами, задержавшись с отцом, пока Джек потащил меня через столовую.

На кухне царил настоящий погром. Заляпанные тестом столы и рабочие поверхности. Усыпанный мукой пол, яичная скорлупа в мисках. Но запах сладкой выпечки обещал божественную сахарную лихорадку.

– Смотри, кого я нашел! Смотри!

Миссис Уинстед обернулась, обтирая руки о красный фартук с рождественским орнаментом.

– О, дорогая, я так рада, что ты приехала. – Она шагнула мне навстречу такой же стремительной походкой, как у Джейса. – Милая моя, – запричитала она, проводя пальцем по моей щеке, где бледнел синяк. – Как ты?

– Хорошо. – Я улыбнулась, когда Джек отпустил мою руку и взгромоздился на табуретку, придвинутую к столу. Он тут же погрузил руку в миску с тестом. – У меня действительно все хорошо.

– Слава богу. – Она так крепко стиснула меня в своих сильных объятиях, что я едва не задохнулась. – Когда Джейс рассказал мне, что… – Она покосилась на Джека, который катал шарики из теста, и понизила голос. – Не хочу, чтобы малыш слышал, но я рада, что ты в порядке и что… – ее голос опустился до шепота, – …этот сукин сын за решеткой.

Мои губы дрогнули.

– Я тоже.

Миссис Уинстед печально покачала головой, наблюдая, как Джек плюхает шарик теста на противень.

– Только вот та девушка, бедняжка…

Я закусила губу.

– Я утешаю себя тем, что, по крайней мере, для Дебби справедливость восстановлена.

Джек оглянулся через плечо, озадаченно хмуря милый лобик.

– Что такое справедливость?

– Когда плохие люди получают по заслугам, детка. И это хорошо. – Миссис Уинстед улыбнулась мне, и морщинки в уголках ее глаз углубились. Она снова понизила голос: – Но это… это еще не все.