– Давай, топай вперед. К лагерю иди!

Я на всякий случай оторвала от себя паучий лист и отбросила подальше. А то вдруг он

оживет? Вдруг у него зубы?

– Я не знаю, где лагерь!

– Да, конечно, не знает она! А чего тогда тут ошиваешься?

– Росу ищу, - огрызнулась я, потирая поясницу.

– Расскажешь какому-нибудь другому дураку!

Я промолчала, опустив глаза и паузой показывая, что именно он только что сказал. Сам

себя обозвал. Но противник, кажется, ничего не заметил.

– Ну? – пробасил он.

Раньше, чем я успела придумать, что делать, вернее, как замедлить дорогу, потому что

идти по-любому придется, из зарослей вышли еще вольнодумцы общим количеством семь че-

ловек. Первым шл Злодей собственной персоной, а сразу за ним – еще один громила, форма-

ми и размером не меньше моего. Этот, второй, тащил на свом огромном плече мешок из зе-

леной дырчатой материи, который активно барахтался и мычал.

Я застыла на месте.

– Ничего себе, - заметив нас, без промедления произнес Злодей. – Вот так гриб ты нашел в

лесу.

– Ага, - ответил мой тактичный провожатый.

– А еще не хотел проверять периметр. В следующий раз посмей только возразить!

Они моментально сцепились взглядами и сверлили друг друга, пока громила не сдался и

не отступил. Физически он Злодея однозначно мог свернуть в крендель, но вот морально и

умственно уступал. А если их стравить до драки, тогда ведь Злодей не сможет ничего по-

делать? Громиле достаточно разок махнуть кулаком – и злой гений обезврежен! Всего-то!

Боюсь только моих способностей на раздувание серьзной свары не хватит. Ну не умею я

людей стравливать, не люблю, когда сорятся, и бокс поэтому не люблю. Кому-то нравится,

как люди друг друга изо всех сил мутузят и колошматят, а кому-то нет.

А, кстати, одеты вольнодумцы совсем иначе, чем утром в лагере, вполне себе адекватный

маскировочный камуфляж, приглушенные цвета хаки, яркие волосы спрятаны под косынками,

лица в пятнах, но ничего броского, ни единого алого пятна. Вот вам хороший урок – не стоит

никого недооценивать. Выставлялись напоказ как полные неумехи, а как до дела дошло, стали

действовать вполне профессионально.

Получается, они хитрецы. А значит, Парфен вполне мог быть прав.

Сердце похолодело. Никто не верил, что вольнодумцы действительно способны на нечто

плохое, только Парфен – и вот вам доказательство – способны. Не отмахншься.

– Пошли дальше? – спросил тот громила, который тащил мешок, уже немного притихший.

– Нет. Стойте.

Злодей некоторое время смотрел на меня в упор, и даже пальцы дрожали от этого резкого

отстраненного взгляда, а потом связался с базой.

– База? Мы возвращаемся, поход удался, мы нашли груз. И ещ мы нашли… шпионку. Де-

вицу, которая утром приходила с кисейцем. Вы не видели его сегодня вблизи лагеря?

– Нет.

– С поста никто не отлучался?

– Нет.

– Катер под присмотром?

– Конечно. Датчики движения, личные обходы, вс под контролем, отвечаю.

– Он точно там, - Злодей запыхтел, изображая усиленную работу мозга. – Еще в прошлый

раз пытался меня поймать, но граждане Союза совсем расслабились в своем перемирии, то-

нуса не держат, поэтому пронесло, его и слушать никто не стал. Но кисеец на меня зло затаил,

зуб даю. Знаю я такой тип, упертый и непробиваемый, потому что сам такой.

Злодей усмехнулся, его глаза забегали, будто в поисках лазейки, хотя сам он так же не-

подвижно продолжал стоять на одном месте.

– Зуб даю, что он где-то там поблизости ошивается. Правда, Айя?

Я резко отвела глаза, чтобы он не успел ничего в них прочитать. Вдруг Злодей отличается

проницательностью? И тогда как на чистом листе вс прочтт, а закладывать Парфена, естес-

твенно, в мои планы никак не входит.

О, небеса, остатся надеяться, что пытки в космическом союзе не практикуются даже

вольнодумцами. Ну не совсем же они звери?

Придтся укрепиться надеждой на лучшее, зажмуриться и вздыхать. Вот и помогла, на-

зывается, Парфену. Проконтролировала, так сказать, единственно возможный удачный исход

дела.

Впрочем, Злодей совсем не так глуп, как могло показаться случайному знакомому, вроде